В Холмодоле разворачивается жестокая битва: артиллерийские залпы превращают ночную стычку в ад. Ветер дует резко и холодно, накрыв едким дымом целые улицы. Здесь каждое вздох можно прочесть как команду - готовься к бою или беги!
А он кто такой? Простой вояка, ни кола ни двора, достойный представитель одного из самых незащищенных слоев населения.
Маленький паучок перебрался с пряди на щеку Кати. Вадим дернулся, чтобы оказать первую помощь, но представил, как она треснет его по лбу, и остался на месте. Он зачарованно смотрел, как паучок осваивает щеку, перебирается на переносицу, срывается и падает.
Капитан даже не заметил, как уснул. Почему он так расслабился?!
* * *Пробудился спецназовец в полете, когда его пинком сбросили с «антресолей»! Ветер засвистел в пустой голове.
– Смотри-ка, не скачет! В натуре, москаль!
Что за фольклорный коллектив? Не успел он опомниться, как наверху раздался сдавленный вскрик, и на пол повалилась перепуганная Катя.
Эти парни были крепкими и накачанными. Удары сыпались один за другим, Вадим уже не мог закрываться и увертываться, пропускал болезненные тычки.
– Получай за наших хлопцев, кацап недобитый! – с надрывом проорал какой-то горлопан. – Что, поспать с бабенкой решил? Ну и как оно, понравилось?
Потом удары прекратились, и над Вадимом завис широкоплечий мускулистый тип с двухдневной щетиной, наряженный в щеголеватый камуфляж.
«Хорош спецназовец! – пронеслось в голове. – Ты допускаешь ошибку за ошибкой. Не пора ли остановиться? Но как нашли? Откуда здесь эти вояки? Ты пытался связаться по рации со своими! – осенило его. – Сигнал запеленговали, решили полюбопытствовать. А свои еще далеко, появятся не скоро, если вообще будут».
Солдаты окружили пленников, с любопытством разглядывали добычу.
Вадим забыл про боль, стиснул зубы.
