В Холмодоле разворачивается жестокая битва: артиллерийские залпы превращают ночную стычку в ад. Ветер дует резко и холодно, накрыв едким дымом целые улицы. Здесь каждое вздох можно прочесть как команду - готовься к бою или беги!
Человек, который должен был осуществить дистанционный подрыв, лежал в траве на западной оконечности высоты, в ста метрах от минного заграждения. Это был невысокий крепыш, одетый в штатское, с сухим незапоминающимся лицом.
Он видел, как колонна входила в укрепрайон, ждал, пока реанимобиль, замыкающий ее, остановится у минометной батареи, защищенной бетонными надолбами. Повода для спешки не было. Даже если все раскроется, нереально будет отогнать колонну так быстро. Этот человек посмотрел, как суетятся люди у грузовиков, достал телефон и, предвкушая удовольствие, отправил короткое сообщение на нужный номер.
Взрыва не произошло. Человек забеспокоился, отправил сообщение еще раз и с неприятным холодком обнаружил, что находится вне зоны действия сети. Не может быть! Вышка у ополченцев работала бесперебойно. На этом и строился весь расчет! Он снова и снова давил на проклятые кнопки, но связь не появлялась, взрыва не было.
Человек схватился за рацию, чтобы сообщить командованию о досадной неприятности, но в эфире громоздился частокол помех.
«Измена!» – прорезало мозг.
Он лихорадочно размышлял, какие варианты у него остались? Резервная волна… но это тоже радио! Предлагал же он работать через спутник! Но чересчур умное начальство отвергло эту идею как нецелесообразную.
Он начал отползать, но тут где-то рядом послышался шорох. Волна страха окатила взрывника. Полевой грызун? Мужчина потянулся к кобуре, спрятанной под рубашкой. Почему он так испугался? Ведь в тренировочном лагере под Черниговом, где его натаскивали англоговорящие инструктора из братского альянса, он ничего не боялся! Ему очень хотелось поскорее выучиться и уничтожать этих недочеловеков.
Разведгруппа из трех человек четко вычислила дислокацию взрывника. Диверсант взвизгнул, когда на него набросилось что-то зеленое, страшное, замаскированное под лешего. Он метнулся в рытвину, но с другой стороны навалилось еще одно такое же недоразумение, оседлало его, сжало горло. Он задыхался, парализованный от страха, взвился, увидев нож.
Ополченец ударил в живот и вспорол брюшную полость. Он бил еще несколько раз, пока агонизирующее тело не затихло. Брать пленника было глупо. Ведь никто не знал, каким еще способом он мог послать сигнал.
– Подох, гад! – прохрипел ополченец, переворачиваясь на спину.
Окровавленный нож сменила ракетница. Зеленым огнем он доложил, что задание выполнено, опасность устранена. Теперь очередь за артиллерией, богом войны.
