– Тогда в больницу…
– Нет, Оль. Ничего там серьезного. Ты мое лечение, понимаешь?
– Наверное… – теряюсь в ощущениях, стоит ему только чуть надавить, блузку на груди распахнуть и между грудей головой потереться.
– Так лечи… Лечи, Дикарка…
Глава 36. Игнат
До сих пор бомбит. Не по-детски. Адреналин все еще в виски бьет. В голове все еще картинка того, как моя Оля голой перед ними танцевала, как ревела и раздевалась под дулом пистолета. Как на репите, снова и снова ее юное, совершенное тело, на которое смотрел не только я.
Я чуть не убил его. Дурь выбивал, глаза хотел вырвать, дрался словно за жизнь. Свою. Ее. Реально думал сдохну, если не пришибу таракана. Если бы не эти двое, подошедшие из темноты, хрен бы он отделался. Прибил бы паскуду. Меня конкретно так ломает. Хочется куда-то излишек энергии деть. Гнал сюда, как ошалелый, к Оле своей, в ее тело, принадлежащее только мне. А та сцена останется глубоко в прошлом. И все, кто ее видел, лягут в могилу, особенно организатор. Еще никогда я ненавидел так сильно.
Предательство Алины, потом Оли ничто по сравнению с тем, какие чувства вызывает во мне усмешка урода, посмевшего визуально тронуть мое. Мою Олю. Меня колбасит, снова и снова его слова гадкие и смех, когда на экране видео вспыхнуло. Едва ли я в сознании, кажется, качает.
– Игнат, Игнат, – голос родной. Любимый, такой нежный и приятный, словно глоток воздуха свежего в душный день. – Мне больно, больно, любимый.
Я открываю глаза и вижу, как плечи ее сжимаю, в глаза, распахнутые от страха, смотрю.
– Помнишь? Будь со мной.
– Я с тобой, Дикарка, с тобой, – накрываю распухшие от поцелуев губы, кусаю нижнюю, она чуть полнее. Слышу стон, когда по рукам мягко провожу, словно извиняясь. Стыдно, пиздец. Наверняка синяки оставил. Дошел до манжетов и начал рукава пиджака ее сдергивать. Разминать места, где больно сделал. Она всхлипывает, а я рубашку ее из брюк выдираю. Отрываюсь от поцелуя, чтобы стянуть ее через голову, осмотреть руки. Даже в полумраке утра видны пятна красные.
– Это ничего…
– Я дебил. Просто вспомнил, как ты…
– Нет, – она берет мое лицо прохладными ладонями и к себе тянет.
– Я так рада, что ты был первым, Игнат. Я в тот момент боялась, что они меня изнасилуют. Что возьмут то, что принадлежало только тебе.
– Я тоже тебя изнасиловал, Оль. Ты бы сказала, ты бы хоть намекнула.
– Игнат, если уж говорить про изнасилование… – она закусывает губу, чуть улыбаясь. – Лучше уж ты, чем кто-то из них.
