– Оля, – грубый секс не для ее, не после того, что она пережила, но так хочется показать ей, что даже грубый секс может приносить удовольствие…"
"– И, если надо, я сотни раз переживу боль с тобой, чем унижение с ними.
– Тебе больше не будет больно, обещаю, больше не будет, – я отхожу, стаскиваю ее со стола. Она чуть лоб хмурит, ахает, когда ее животом на стол опускаю.
– Игнат, – спрашивает почти писком, а я наклоняюсь, волосы растрепанные на одну сторону убираю, сладкую кожу прикусываю. – Тебе это нужно?
– Ты доверяешь мне?
– Конечно, просто… Боюсь.
Но если тебе нужно сделать мне больно…
– Если тебе будет больно, ты просто скажешь об этом… Договорились.
– Мм, – стонет она, когда кончиками пальцев позвонки считаю. Мягко веду вниз, касаюсь ягодиц, складочек, что ниже… – Дого… Договорились.
Еще пара движений и лёгкий шлепок по промежности, она вскрикивает, но молчит, выгибается сильнее, пальцами за столешницу цепляется.
В голове снова видео, но мысль одна. Что вот такой, распластанной, готовой, Олю не увидит никто кроме меня.
Закрываю глаза, сдерживая внутреннего зверя, который жаждет ворваться в мокрую от соков расщелину и просто натянуть Олю на себя, наплевав на ее комфорт.
Пальцами трогаю складки, второй рукой поглаживаю ногу от колена до ягодицы, губами черчу карту ее эрогенных зон. И снова шлепок, но чуть сильнее.
– Игнат… – вдыхает она, оттопыривая зад сильнее. Черт, детка, да.
– Ноги шире расставь, Оль… – новый приказ, и она подчиняется. Я пальцами кружу по краям половых губ, ощущая, как ее дрожь передается мне, вынуждает задыхаться.
От тесноты в груди. От запаха ее соков. Чистый наркотик. Им хочется дышать. Если уж умереть от удушья, то только от такого. Сексуального. Порочного. Грязного.
У нее смазки столько, что хватило бы и на анал, но я скольжу мимо тугого отверстия, раскатывая по пальцам терпкую влагу. Размазываю по бедрам, мягкой бледной попке.
Резкий шлепок и она мычит, опуская лоб на стол. И снова. Она дергается, но молчит.
– Если больно, только скажи, – шепчу ей в поясницу, чувствуя, как член буквально рвется из штанов.
Отпускаю зверя. – Оля…
– Нет, нет… Это просто слишком.
– Слишком? Говори, хочу слышать, что ты чувствуешь.
– Слишком хорошо, – выдыхает она, поворачивает голову так, что я вижу ее профиль, вижу, как она облизывает пересохшие губы и смотрит прямо на меня. Таким шальным взглядом, что меня кроет. Просто разрывает на атомы от того, как охуенно она сейчас выглядит. Готовая. Сладкая. Моя.
