Мне самой… Нет, не так. Если я скажу, что страшные события прошедшего дня послужили неким катализатором, чтобы понять мои чувства к тебе, я слукавлю. К тебе нельзя было относиться равнодушно с первого дня. Конечно, сначала я тебя не то, что ненавидела… тут другое слово. Я боялась тебя, на уровне инстинктов восхищаясь. Ты же хищник, Генерал. В тебе столько опасного, завораживающего. Еще в полицейском участке хватило одного взгляда на тебя, чтобы меня пробрало.
– Серьезно? Катюш, я минуту назад подумал почти такими же словами про нашу встречу…
– Вот, Руслан.
Видишь, как здорово разговаривать, а не только командовать.
– Катерина…
– И нет, я ничего не попутала. Ты признал меня своей женщиной? Признал. Значит, я имею право на тебя наезжать. Иногда. Против постельного наказания, наверное, бурчать особо не буду. Но знай, накажешь – отомщу в ответ.
– О, как даже, – он снова улыбался.
В очередной раз.
Их разговор напоминал американские горки. То вверх, где эмоции рвут, то вниз, к игривым шуткам и признаниям.
Баланс, чтобы не сорваться окончательно? Не сойти с ума? Скорее всего.
– Да, отомщу. Даже не сомневайся. Печенья накрошу на твою сторону кровати.
– Катя…
В горле запершило.
Других слов не было.
– Если я тебе сейчас всё не расскажу, потом не знаю, решусь ли. Ты такой сегодня открытый. Свой. Доступный. Очень близкий. Не бушуешь.
– Кать, завтра я снова буду… бушевать и командовать, – ком в горле мешал говорить.
– Так я и не возражаю. Ты привлекаешь своей силой, Руслан.
Особенно по сравнению со мной.
– Девушка и должна быть слабой и ранимой.
– А как же равноправие полов?
– А никто не ущемляет права женщины.
– Я не о том… Я… Я так напугалась, когда увидела капитана, так отчаянно захотела к тебе, ты даже не представляешь. Наверное, мне стоило тебя ждать. Затаиться в уголке или среди людей. Но я подумала, откуда ты узнаешь, где я, в каком ТЦ.
– Я поставил тебе маячок в телефон.
– О как.
– Откровение за откровение.
– Это нечестно, Руслан.
– Катя, я тебе скажу более. Я часто играю нечестно. А в отношении тебя… Больше я не допущу, чтобы тебе что-то угрожало.
– Я знаю… Дай мне руку, пожалуйста. Не могу… Мне нужны твои прикосновения.
Он придвинул кресло вплотную к кровати. Руслан слышал стук своего сердца. Оно никак не желало восстанавливаться в ритме.
– Катя, как тебя вынесло на Ерина?
– Ерина?
– Того парня, что похитил и переодел тебя.
– Случайно. Говорю же, маяк.
