Автор
В темноте трассы, где обычно лишь сельская природа встречает возвращающихся домой, дед внезапно обнаруживает необычную картины — белое платье на обочине. Его сердце колотится так быстро, что кажется остановилось, но невольное вздрогнутое мгновение лишь усиливает странность ситуации. Девушка в белом платье лежит там, где не должно быть человека — и дед Семен на миг теряется в догадках, прежде чем решительным жестом снова развернуть машину....
Может, в машине её оставить?
Нет, не дело.
Будет затаскивать.
Дед Семен справился с поставленной задачей.
А рано утром, только-только забрезжил рассвет над рекой, у его дома остановились два черных джипа с наглухо тонированными стеклами.
Глава 1
Катя старалась не плакать.
Нельзя.
Хватит.
Сегодня она пойдет на допрос к Потапову, а он её…
Она даже слов не могла подобрать. Знала, что если скажет что-то не то, проявит лишнюю эмоцию, её сразу же едва ли не пинком, заламывая руки, отправят в камеру.
В лучшем случае.
В худшем…
Его сальные глаза слишком часто останавливались на её груди. Да и намеки уже не были намеками.
Поэтому крепилась, как могла.
Ждала адвоката. А тот что? Развел руками.
— Ваша вина, Екатерина, полностью доказана.
— Да там и доказывать ничего не надо… Я во всем призналась.
— Непреднамеренное убийство.
— Дождь был… И он вылетел.
— Екатерина Викторовна, я всё понимаю, — устало говорил её адвокат, а ей хотелось кричать.
Выть.
Биться о стену.
А что толку.
Ей грозил срок за непреднамеренное убийство.
Всё.
Ей хотелось бы понять адвоката, что заходил к ней с безразличным выражением на лице и уставшими глазами. Он защитник от государства, работает за копейки. И таких как она у него несколько десятков. Лица пустые, незапоминающиеся, с одними и теми же историями и словами: «Невиновен… невиновна…» Для него — это работа. Для тех, кто сидит напротив стола — жизнь. Потерянные годы.
Катя держалась, как могла.
Она-то как раз понимала и полностью осознавала свою вину, только легче от этого не было.
Она убила человека. Раз.
Сядет — два.
Ей ещё повезло, в камере она сидела одна. Маленький плюс в бесконечной череде минусов.
Лязгнул замок, заставивший Катю вздрогнуть и сжаться от испуга. От надвигающейся беды.
— Тарасова, на выход, — проскрежетал равнодушный голос конвоира.
Странное предчувствие не покидало Катю с утра — сегодня что-то будет. Случится.
Плохое.
Тот же Потапов. Когда она уходила от него два дня назад, он так мерзло, улыбался.
— Что у тебя там с медицинскими анализами, Тарасова? — его вопрос настиг её. когда она стояла у двери.
Катя замерла, саму холодный пот прошиб.
Обернулась и тихо спросила в ответ:
— А причем тут мои меданализы, Егор Васильевич?
Сальные глаза снова остановились на её груди.
— Да так.
Она не могла видеть его руки, находящейся под столом. Но отчего-то ей показалось, что он поправил ширинку.
