Автор
Девочка закусывает нижнюю губу от волнения, пряча слезы. Она просит помолчать о своей увечности перед папой и боясь исключения из дома. Яркая мрачная атмосфера напряженности и жертвенности окутанной девочкой, стремящейся сохранить последнюю твердость в своем мире.
Потрясла головой, чтобы сбросить тяжелый сон и понять, кто же пришёл.
— Извини, можно? — заглянула в дверной проём женщина, которую Пётр назвал Наташей. Кажется, он сказал, что Наташа — его жена, но я помню не очень чётко…
Женщина же зашла в комнату, неся небольшой поднос в руках. Она поставила его на тумбочку возле кровати, на которой я сидела словно неподвижная статуя.
— Я принесла тебе молока, — сказала она мне. — Ничего, если на «ты»?
— Ничего, — отозвалась я. Голос звучал сухо и слабо. — Спасибо.
Пить не буду, но, чтобы не обижать жену Петра, не сказала об этом.
— Ко мне тоже можно на «ты» обращаться.
Я с трудом сфокусировала на ней взгляд.
— Хорошо.
— Ты как, Катюш? — участливо спросила она.
Меня перекосило помимо воли.
Ненавижу такие вопросы.
Ненавижу показывать слабость и слёзы.
Ненавижу жалость.
Именно поэтому я не поеду завтра в школу.
Мне для начала стоит прийти в себя, иначе я не смогу держать себя в руках под сочувствующими взглядами одноклассников…
— Можно мне побыть одной? — спросила я, опустив глаза.
— Да, конечно, — отозвалась Наташа. — Мы просто переживаем все за тебя.
— Не стоит, — сухо ответила я. — В окно не выпрыгну, не бойтесь.
— Да мы не… — смутилась мачеха Романа. — Не говори такие ужасы, девочка.
— Так я же сказала, что не буду ничего делать сверхординарного.
— Ты держись, Кать, — ответила она спустя минуту. — Мы все кого-то теряли в этой жизни. Это неизбежная её сторона. Думай о том, что здесь ты в безопасности. Ты сможешь доучиться. Я горжусь, что Петя принял решение тебе помочь — это очень по-мужски.
— Выпью.
— Сейчас выпей, Кать, — настояла она и поднесла мне стакан воды, которую налила из бутылки, что принесла с собой… — Потом забудешь.
Я повернула голову к подносу и увидела рядом со стаканом молока таблетку на блюдечке.
— Ну-ка, давай.
Я положила пилюлю на язык и покорно запила её водой из стакана, который мне дала Наташа.
— А теперь ложись и отдыхай. Хочешь, в душ сходи. В шкафу есть халат, полотенца. Вот тапочки стоят. Иди освежись. И спать.
Душ? Как-то и не вспомнила о нём даже. Так плевать на все обыденности жизни…
Но спорить сил не было.
— Ладно, схожу.
РоманПол вечера просидел в своей комнате.
На тренировку не пошёл, к чёрту сегодня всё. Не могу ни о чем думать кроме того, как там она…
Прислушивался, что делает она.
