Автор
Вот уже три дня мы неслись на Нарушителе к Бангкоку, покинув футуристическую Сингапур и тусклые дожди Сиэтла. Впереди маячило озеро Косатка с ее бескрайней темной водой, а мы трепыхались в солярисе, вздрагивая от его громовых стукачек.
Барретт, как обычно, прошелся по мне взглядом-сканером, а я, улыбнувшись в ответ, подошла к нему, не желая показывать, что еще пятнадцать минут назад между мной и Мартой произошел странный разговор. Несмотря на то, что их связывало некое прошлое, немка пришла разговаривать со мной, а значит, это была наша с ней битва.
Наблюдая, как гости отпускают кораблики в пруд, я все же тактично вклинилась в разговор, намекая на красивый ритуал:
— Говорят, что вместе с кратхонгом ты отпускаешь все печали и неудачи.
— Иди, — кивнул он в сторону пруда, давая мне понять, что он в этом ритуале участвовать не планирует, и продолжил разговор с мужчинами.
Я вздохнула и, понимая, что никакие силы не заставят Барретта побыть хоть на секунду романтиком, одна направилась к столу.
Рассматривая цветочные композиции, а вернее, произведение искусства из цветов и фруктов, я выбирала подходящую, как вдруг мой взгляд упал на два изящных, скорее похожих на миниатюрные дворцы, кратхонга, которые стояли рядом, нечаянным образом зацепившись друг за друга листьями.
