Автор
В уютной гостиной клуба начинается вечеринка, где каждая танцовщица и каждый джентльмен обладает своей особенной изюминкой. Девочка с неуместным элегантизмом выходит на центральные виражи под тихую электронную музыку, олицетворяющую романтическое бездействие и глубину чувств. Казалось бы, идеальное место для того, чтобы забыть об обычной жизни за минутами блаженства — но только не для тех, кто думает, что может всё изменить в одночасье....
А в остальном, судя по тому, что оба босса как ни в чём не бывало продолжали мотаться по своим «секретным» делам — Гордееву всё сошло с рук."
"Словом, в течение дня я развлекалась тем, что заказывала в ресторане отеля самые вычурные блюда, смотрела сериальчики и залипала в соцсетях. А вот ближе к вечеру появлялся Гордеев, и мы с ним уезжали. Вдвоём — только он и я. И никаких прозрачных топиков и высоченных каблуков, только уютная джинса и кроссовки! Да и сам он менял строгий костюмчик на повседневку, чаще спортивку, и мы просто шатались по городу, по торговым центрам, киношкам и паркам.
— И что всё это значит? — так и не поняла я происходящего.
Он пожал плечами.
— Ничего. Просто гуляем.
— Ну да, расскажи! Ты же никогда ничего не делаешь просто так!
Без своего строгого костюмчика он был такой… близкий. И все очевидные причины сторониться его снова меркли, разбивались об его настоящесть и то самое затаённое одиночество взгляде, причину которого я теперь знала — личная трагедия с погибшими женщиной и ребёнком.
Интересно, она была ему женой? Он любил её? Что вообще случилось, как давно и почему он винит себя? Любопытство съедало. А вместе с ним — и странное, необъятное желание заботиться о самом Гордееве.
— Просто, Слав, просто, — подтвердил он. — Просто гуляем, как… как пара. — И, хозяйски приобняв вдруг, скользнул носом по моему виску. — Потому что так надо.
Я чуть не запищала от восторга! И с одной стороны это взбудоражило — так сладко и многообещающе… А с другой — разочаровало.
Просто разыгрываем дурацкий спектакль по дурацкому сценарию: я его девочка, он мой мужчина. Просто роли обязывают быть ближе друг к другу: держаться за руки, обниматься, позволять себе бытовуху, вроде пить воду из одной бутылки или шутливо шлёпать друг друга по заднице. Просто щекотливая игра на неведомого зрителя и ничего личного… Но сколько же в этом всём было личного!
Я знала, что это мираж и самообман, но всё равно ждала этих вечеров. И от этого ожидания дни мои с каждым разом становились всё скучнее, а сама я окончательно пропадала, вживаясь в роль «девушки Джеймса Бонда» слишком уж искренне, лишь изредка вспоминая как и зачем вообще здесь оказалась.
— Что с деньгами? — спросила я как-то. — Ты же знаешь, что я никуда не денусь, так отдай мне зарплату, ну?
— А кто вообще такая эта твоя Верка? — вопросом на вопрос ответил Игнат.
— Какая тебе разница?
— Просто интересно.
Я вздохнула. Эти его «просто» сводили с ума своими подвохами.
