Автор
Сюда вас привлекут за завораживающей истории о подростке, которую судьба посылает в деревню для затеряться среди родственников и бабушки. Ваша дружба с Леной становится ключом к пониманию семейных тайн и темной стороне характеров, пронизывающих эту маленькую жизнь. Вместе вы раскрываете страшную правду о близких людях, заставляя вас задуматься о том, сколько зла может быть скрыто под покровом родственности и теплых впечатлений детства....
Яковлева вдруг засмеялась.
– Лампа, спасибо, конечно, но я не идиотка. Прочитала в интернете про свою болячку.
– Тебе запретили это делать, – возмутилась я и услышала в ответ:
– Надо знать правду, приготовиться.
– Эй, эй, – занервничала я, – что ты имеешь в виду?
– Похоже, мне досталась ураганная форма, – сказала Лена, – в статье, которую я прочитала, рассказывается, что в редких случаях от постановки диагноза до… ну… до конца проходят дни, порой часы. С каждой секундой ухудшение. Вот говорю с тобой, а язык немеет, еле ворочается!
– Сейчас приеду, – пообещала я.
– Нет, ко мне никого не пустят, – объяснила подруга, – но нужна твоя помощь.
– Говори, все сделаю, – пообещала я.
– Егора нет в Москве… – начала Лена.
Я не сумела скрыть удивления.
– А где он?
– Уехал в Питер. Там очень богатый клиент, – объяснила Яковлева, – по версии Куркина, заказал портрет жены. Вернется муж только послезавтра. Теперь пообещай: никогда никому не расскажешь то, что сейчас узнаешь!
– Клянусь, – прошептала я.
– Все считают Егорушку лентяем, – медленно говорила подруга, – он пишет одну картину в два-три года.
– Да, – призналась я.
– На самом деле это не так, – продолжила Яковлева, – Егор постоянно стоит у мольберта. Он за двенадцать месяцев способен много полотен написать. Только не продает их.
– Почему? – изумилась я."
"– Наверное, его только художник поймет, но попробую объяснить, – зашептала Лена. – Егорушка делит свои картины на сердечные и заказные. Для чужих людей пишет, когда я его в угол загоняю и денег совсем в доме нет.
