Автор
В глубокой пещере фантазий, где запретные желания не знают границ, живет главная героиня этой книги. Она тихо рычит от раздражения, но когда ласковая рука приближается к ее тайной зоне, волна страстного возбуждения обрушивается на несчастную даму, заставляя забыть о своих глупых мыслях....
И что получила взамен?
Спасибо, но больше не хочу. Не хочу!
Страшно…
А он будто бы знает куда бить. Стихи начал писать. От руки, на бумаге. Нечестный приём. Запретный! Но я, как глупая рыба, плыву в эти технично расставленные сети и каждый вечер забираю новый запечатанный конверт из почтового ящика.
Плачу, умоляю себя не вскрывать его и ни в коем случае не читать, но все равно делаю это.
Я окончательно выжила из ума.
Ошалел. От тебя, от твоего взгляда.
От аромата сладких духов,
Мне больше никого не надо
Ты – мечта из моих снов.
И какая бы не стояла преграда
Между нами – хоть лёд!
Ты – моя главная награда,
Которая меня спасёт.
Сам всё потерял, теперь кусаю губы,
А ты, увы, не смотришь вновь.
Но, знай, нет сильнее амплитуды,
Чем моя к тебе любовь.
Я буду писать тебе, слышишь?
Стихи, письма, признания!
Я хочу чувствовать, как громко ты дышишь
На нашем последнем и первом свидании.
Я не дам тебе убежать,
Не дам вечность обижаться,
Я больше не могу тебя терять,
Пусть и знаю – эпично облажался.
Температурю, горю огнём
Тобой одной жил и существую,
Давай мы будем только вдвоём?
Неужели не видишь, как сильно ревную?
Схватить в охапку – не отпускать,
Привязать к себе намертво,
Мне только бы верить и знать,
С тобой безнадёжно и правильно…
Тепло нежных рук и запах духов,
Нежный, неповторимый, пряный.
Ты вытащила меня из оков –
Всё ещё влюблённый. Всё ещё пьяный.
Читаю и воюю сама с собой.
Удар по щеке и злые слезы.
Тряпка!
И снова бой с тенью, где внутренние голоса сводят с ума своими увещеваниями."
"А потом наступил День моего рождения. Нашего. И я, привычно не увидев во дворе Гордеева, чуть не захлебнулась от разочарования. Столько раз просила у Бога, чтобы он меня перестал мучить – и вот, свершилось.
И, надо ли говорить, что я испытала, когда в трубке домофона все-таки услышала его голос?
И то был уже даже не испуг. То был настоящий, леденящий душу ужас! Потому что я поняла, что почти сдалась, почти поверила в его россказни про вечную любовь до гробовой доски.
А он прет со всех щелей. Писать сообщения принялся.
