Автор
Ян меня подталкивает, готовясь к последней порции малины. Подойдя к их машинам, я улыбаюсь уверенно: "Вывозьтесь уже, испортили мне всю малину своей трескотней." Ветров шутит о трех оставшихся днях и тик- tik, он вместе со своим партнером садится в свои тачки, отсчитывая последние моменты. Вот как раз то время, чтобы Она не смогла нарушить наш план....
Казалось бы, в тысячный раз меня спросили, что же случилось и я так чертовски задолбался, что открыл гребаную переписку и швырнул пацанам. Несколько секунд блаженной тишины и нестройный гомон закономерных вопросов почти изрешетил меня.
— Ты чо, дебил? — это было от Гордеева.
— Ты на кой это писал вообще? — а это от Аверина.
— А не сдурел ли ты часом? — и Ветров туда же.
Я откинул голову на спинку дивана и закрыл глаза, окунаясь в события вчерашнего вечера и снова сердце так нестерпимо сдавило в тисках страха и отчаяния, что и не описать.
— Меня вчера отец выдернул, нужно было документы по одной сделке ему привезти. Поехал один, Агата отказалась. На пороге отец меня приболтал сразу. Помню только, что хотел написать ей, что добрался и уже собираюсь выезжать обратно, но отвлекся и кинул телефон на каминную полку в холле. Все, дальше мы с отцом о работе говорили. И да, в гостях у них была вся семейка Пелех. И, что б ее черти драли, Кариночка тоже. Я оттуда улепетывал как шальной, ибо эта девушка берегов вообще не видела и на глазах у наших родителей начала исполнять нечто, по типу какая мы с ней идеальная пара.
— А трубку тебя паролить не учили, убогий? — фыркнул Рома, и я показал ему средний палец.
— Где-то я засветился с ним, пацаны.
— Да ты в жопе, Гром, — озвучил очевидные вещи Аверин, и я горько усмехнулся.
— План у тебя хоть какой-то есть? Я так понимаю, что Агата тебе на слово не поверила, так? — а это уже спросил Гордеев.
— Так. Я ее всю ночь под окнами караулил, она меня в «ЧС» сразу закинула и дома окопалась. Потом предков ее заметил и, включив дурачка, все-таки прорвался к ней и попытался с ней поговорить.
— Что еще за Кариночка такая? Случайно не та баба, с которой, ты Ветров, в «Газгольдере» тискался? — задумчиво потянул Гордеев, и я заржал в голос. Да, это была нервная истерика, но уж как есть.
