Автор
Ян меня подталкивает, готовясь к последней порции малины. Подойдя к их машинам, я улыбаюсь уверенно: "Вывозьтесь уже, испортили мне всю малину своей трескотней." Ветров шутит о трех оставшихся днях и тик- tik, он вместе со своим партнером садится в свои тачки, отсчитывая последние моменты. Вот как раз то время, чтобы Она не смогла нарушить наш план....
Ага, вон ее безразмерный рюкзак у окна. Ну вот и чудесно! Подмигнул девчонке и демонстративно плюхнулся на соседнее с ней место, не переставая ей мило улыбаться. Ну, или почти мило."
"Ой, как она на меня в тот момент посмотрела, мама дорогая! Вот эти эмоции мне были уже по душе, а не то ледяное безразличие, что она на меня вылила. Да, детка, сверкай глазками, это то, что надо.
— Ребята, — воодушевленно начала Оксана Петровна, — мне выпала честь представить вам вашу новую одногруппницу и дочь нашего любимого ректора — Агату Малиновскую.
Агата, значит. Красивое имя и ей очень подходит. И не только я один оценил новенькую, все пацаны в группе ее откровенно рассматривали влажным взглядом, но потом переводили глаза на меня и до них доходило, что здесь пока ловить нечего. Вот закончу с ней играть и тогда милости прошу!
Конечно, она была конфеткой — сладкой и никем не испробованной.
А она только отвернулась от Оксаны, закатывая глаза к потолку, вздохнула печально и начала монотонно бубнить про себя сухие факты:
— Всем привет, меня зовут Агата, приехала к вам из Краснодара, училась в Кубанском государственном университете. Прошу скидку из-за отца мне не делать. У меня все.
Аудитория загудела, кто-то даже захлопал, но тут же скис.
Ух, мегера. Как же мне повезло.
— Ну, привет еще раз, Агата, — повернулся к ней всем корпусом и улыбаясь во все свои тридцать два белоснежных зуба.
Пиджак я оставил в машине, а после лекции длинные рукава своей белой рубашки подвернул, открывая вид на забитые рукава и даже пальцы рук. Девчонки любили мои татуировки. Да что уж говорить, я сам их любил. Но новенькая только окатила меня и мой вид презрительным взглядом и зло выплюнула.
— Не говори со мной, — и уперлась взглядом в Оксану.
Вот же, фурия!
— Зачем ты так? Я пытаюсь быть милым, — продолжаю я гнуть свою линию.
