Полуночная тьма окаймляла улицы города, когда моя рука дрожала при виде пакета с интимными игрушками. Мне предложили проверить содержимое поезда на металлодетекторе - и я не смогла скрыть краски от полицейского удивления. В этом простом пакете скрывались ровно пять килограммов нежности и секретных желаний, готовых превратиться в физическую радость....
Сопротивляться? И что я сделаю? Угроза моими рогами уже потерпела фиаско. Драться я не умею, а опрометчивая попытка дать отпор в этой тоненькой накидке могла вызвать лишь смех. Полуголый ниндзя. Курам на смех.
— Идите вперед.
Смело шагая босыми ногами по теплым камням, я спустилась по крутой лестнице вниз и первым делом увидела Хала, сплюнувшего кровавую слюну на пол. Принц был несколько потрепан, но не сильно, а вот стоявший рядом с ним мужчина все еще тяжело дышал, утирая разбитую губу рукавом.
— Хал!
— Конфетка! — Удивительно ловко миновав сторожа, я с разбегу влетала в крепкое тело принца, обхватывая широкие плечи руками и на мгновение представив себя коалой.
Покачав головой, еще сильнее вцепилась в принца, чуть ли не вскарабкиваясь ему на руки, чему он, надо заметить, совершенно не препятствовал.
— Мы должны сопроводить вас во дворец, — подал голос один из моих провожатых. — Отец ждет вас с объяснениями.
— Ну раз должны, то пойдем, — хмыкнул принц. — Я, конечно, планировал познакомить его с моей невестой слегка попозже, но у папочки, как обычно, горит так, что видно с Валернии.
После слова «невеста» в комнате повисла недолгая тишина, которую я нарушила первой, зашептав Халу на ушко:
— Ты ранен?
— Не сильно. До свадьбы заживет. Буйный Грох всегда мог меня утихомирить. Верно, Грох? — Игриво стрельнув глазами в едва отдышавшегося мужчину, принц лукаво улыбнулся.
— Так точно, Ваше Высочество, — пропыхтел он. — Мои кулаки всегда к вашим услугам.
Руки воина на глазах раздулись, размером напомнив две огромные булавы, и приветливо стукнулись друг о друга, выбив сноб белых искр.
— Прошу.
В воздухе заискрили яркие вспышки и пустое пространство разверзлось, открывая темную воронку, закручивающуюся черными полосами к центру.
— Держись крепче!
Запрыгнув в портал, Хал прижал меня к себе еще сильнее, и уже я представляла себя эвкалиптом, к которому серый зверек прижимается со всей своей удушающей любовью.
— Наконец-то! — Громкий, поразительно глубокий голос прогремел раскатом грома под каменным сводом зала, в котором мы очутились.
Хал все еще держал меня на руках, но хотя бы отпустил затылок, позволяя поднять голову и осмотреться.
Достаточно светло из-за огромных узких окон, упирающихся треугольными пиками в потолок. Вокруг много всякого раритета вроде канделябров и старинных гобеленов. Пахло сгоревшими фитилями и винной отдушкой.
