В мире, где каждое утро начинается с однообразных новостей, девушка без имени становится источником неожиданного света в тусклую повседневность. Ее жизненная легкость и способность видеть мир через другого открывают новые грани реальности, заставляя пересматривать обыденные события с новой позиции....
Тишину нарушало мерное тиканье нескольких часов на стене, причем только теперь Ирина заметила, что каждые часы были какими-то особенными и все они показывали разное время. Некоторые отставали или спешили на несколько минут друг от друга, а пара часов показывала совсем странное время – половину шестого. Для утра – слишком яркое солнце. Для вечера – тоже, оно бы ушло за дом.
Где-то за окном проезжали легковые машины, приближаясь, а затем удаляясь с небольшим гулом. Дверь в мастерскую была прикрыта, но недостаточно плотно, и сквозь щель слышались голоса – много голосов, и смех, и какие-то хлопки.
Ирина потянулась, выгнулась и сцепила руки так, как это делают на занятиях йогой. Ее тело благодарно отозвалось, разгоняя кровь по залежавшимся тканям. Если верить трем относительно одинаково идущим часам, Ирина проспала часов пятнадцать. Она тихонько прошлась по комнате, снова рассматривая висящие на стенах картины, стоящие у стен полотна, обрывки газет, палитру на пустом, без холста, мольберте.
"Ирину поразило то, с каким мастерством он уловил ее, передал и усталость, и глубокую отрешенность ее сна. Он рисовал ее и до, и после того, как она заснула. Чемезов действительно хотел ее рисовать, как бы удивительно это ни звучало. Ирина никогда не считала себя красавицей, хотя это никак не огорчало ее.
Некоторые ее подруги увлекались такими превращениями, не желая оставаться брюнетками, перекрашивались в блондинок, превращались в настоящих экспертов по калифорнийскому мелированию, ламинированию итальянскими препаратами, выпрямлению или, наоборот, подкручиванию волос.
А успехи были грандиозными. При правильном подходе, в результате длительных тренировок и профессиональной помощи, подруги выглядели так, что было невозможно отвести взгляд.
