Вика вынуждена бежать с малышом от преступников, готовых использовать его как донора органов. Ее единственная надежда — отец Степы, человек из ее прошлого. В отчаянной погоне за спасением сын становится средством давления, а Виктория должна найти в себе силы, чтобы защитить самое дорогое,...
Нервная система у доктора слабая, сейчас он, наверное, уже плачет, а часа через полтора будет готов петь соловьем, признаваясь во всех своих грехах, по ходу сдавая всех сообщников.
– А куда Степку девать, пока мы будем с ним беседовать? – спохватилась Вика.
– Степан поедет ко мне в гости, – ответил Денис. – У меня двое сыновей, погодки, одному шесть, а второму пять. Думаю, скучать они не будут.
– Может, лучше к моим родителям? – предложил Егор.
Вика тут же напряглась. Вот уж нет! Ни к каким таким родителям Егора Дмитриевича она Степку не пустит! Бабушка, дедушка, ахи, охи, укоризненные взгляды на непонятную мамашу, расспросы. Да пошли они дружно, всем семейством Князевых куда подальше!
Нет уж, спасибо, обойдемся!
– К твоим нельзя. Вике со Степаном лучше уже завтра с утра поменять место пребывания. Как я и предполагал, организация эта серьезная, служба безопасности у них толковая, если не сказать больше. Уже сегодня они выяснят, кто отец Степана. То, что вы быстро сделали обследование, очень хорошо, но то, что вы нарисовались втроем у тебя в клинике, плохо. Теперь они будут знать, что Вика пришла к тебе. Кстати, результаты анализов получены?
– Не все, но некоторые уже есть. По ним полный порядок, – сказал Егор. – А в клинику наши нелегалы просто так не попадут, и им никто ничего не скажет.
Денис махнул рукой на Егора, как на неразумное дитя, и поморщился.
– Не обольщайся. У вас ведь не стратегический объект, придут как обычные пациенты, а задавать вопросы они умеют, в их службе безопасности половина бывших, конторских.
– Да зачем им это? Ну, выйдут на Егора, проследят, убедятся, что меня здесь нет, и успокоятся. Зачем кого-то расспрашивать?
– Вика, они профи и ничего не будут делать наполовину. Проследить за ним, они, конечно, проследят, но опросят друзей, коллег по работе, родственников, и сделают это так тонко, что те даже не поймут, что рассказали.
– Значит, завтра они узнают, что я в Москве, – рассуждала Вика, – что мы сделали обследование, и я убедилась, что Степик здоров. Они поймут, что я действую, и быстренько обрубят концы, через которые я к ним попала, просто убрав с работы на какое-то время участковую и Вениамина Андреевича.
– Не совсем так, – возразил Денис. – Завтра Егор расскажет на работе, что вы с ним не общаетесь, несколько лет вообще не виделись, а тут вы неожиданно появились, попросили провести обследование сына, получили результаты и скрылись в неизвестном направлении, ничего не объяснив.
