Автор
В мире, где звуки становятся образом, девушка из песни становится не просто объектом восхищения, а символом глубоких человеческих переживаний. В каждой мелодии она растворяется и возвращается, создавая неповторимую атмосферу любви, смерти и трансформации.
Поэтому я сказал Марко больше не приходить.
– Миллер, нет. Тебе нужна помощь.
– Со мной все будет в порядке. И я не хочу об этом говорить, Ви.
Я неохотно кивнула.
– Ладно. Мне очень жаль, что тебе приходится терпеть. Его.
Он встретился со мной взглядом, и глухие стены немного опустились, как будто только для меня. Он вздохнул и провел рукой по своим длинным каштановым волосам.
– Прости, что веду себя как козел, но с кем поведешься…
Не говоря ни слова, я крепко обняла его. Он наклонился, чтобы мне было удобнее, но едва обнял меня в ответ, как будто боялся обжечься.
– Мистер Стрэттон? Мисс Макнамара? – Заместитель директора Чаудер стоял за спиной Миллера и постукивал по наручным часам.
– Вы оба опаздываете.
Миллер отстранился и закинул сумку на плечо, глядя куда угодно, только не на меня.
– Увидимся позже? – спросила я.
Мне хотелось узнать, придет ли он ко мне вечером, как делал тысячи раз за последние четыре года. Но это казалось неправильным. Теперь все между нами казалось неправильным.
– Да, увидимся, Ви, – ответил он и быстро ушел.
В тот день на уроке истории я, как обычно, сидела рядом с Шайло. Мистер Баскин начал перекличку.
– Ватсон?
– Здесь.
– Венц?
Последовало молчание, а затем Баскин, грузный мужчина с седеющей бородой, пробормотал себе под нос:
– Ох, точно. Отстранен.
Он сделал пометку в своем журнале, а затем снова запустил на доске фильм, который мы начали на прошлом уроке: документальное кино о российской революции.
Когда в классе выключили свет, Шайло наклонилась ко мне и прошептала:
– Ладно, мисс подружка папарацци.
– Ронан Венц, – прошептала я в ответ. – Его отстранили за то, что он ударил Фрэнки Дауда. Сломал ему нос.
– Мой герой, – пробормотала Шайло. – Этот говнюк сам напросился.
Я кивнула."
"– Он доставал Миллера. Снова.
Шайло нахмурилась и откинула за плечо россыпь косичек.
– Фрэнки ненормальный. Уверена, это у него от папаши.
– Офицера полиции?
– Ага. Не ты одна слушаешь сплетни.
Я улыбнулась.
– Биби со всеми дружит.
Бабушке Шайло перевалило за восемьдесят, и она почти совсем ослепла, но состоит практически во всех городских и социальных клубах.
– Биби сказала, что этот детектив предупреждал ее насчет офицера Дауда. Последнее время у него возникали некоторые проблемы с дисциплиной.
– Эвелин сказала, что этот Ронан похож на преступника.
