Автор
В мире, где звуки становятся образом, девушка из песни становится не просто объектом восхищения, а символом глубоких человеческих переживаний. В каждой мелодии она растворяется и возвращается, создавая неповторимую атмосферу любви, смерти и трансформации.
– Меня от этого тошнит. И если я собираюсь сегодня вечером поцеловать Ривера, то хочу быть трезвой. Хочу полностью при этом присутствовать. Запомнить и потом смаковать во всех подробностях.
– О боже, ты как Белоснежка. Чистая, как первый снег и прочая ванильная хрень. Все будет. Поверь мне.
Я кивнула. Потому что Миллер ошибался насчет Ривера.
«Может, он всем и не доверяет, но я не обязана следовать его примеру».
– И каким образом мы окажемся с Ривером вместе в чулане?
Эвелин улыбнулась.
– Благодаря мне.
Мы собрались компанией, пятеро парней и пятеро девушек, и расчистили место в гостиной. Из колонок по-прежнему гремела музыка, но танцы прекратились, и у нас появились зрители. Я села в кружок между Эвелин и Кейтлин. Ривер, Ченс, Холден – новый всеобщий любимец – сидели напротив нас, а их окружили двое других футболистов, Донти Уэзерли и Исайя Мартин. Компанию завершали Джулия и еще одна едва знакомая мне девушка.
Миллер уселся вместе с Ронаном и небольшой группой людей у окна в углу гостиной.
Но его глаза. Они выглядели почти… печальными.
Затем он отвел взгляд и повернулся к Эмбер Блейк. Хорошенькой девушке с длинными светлыми волосами. Эвелин называла ее девочкой-гранолой. Такого прозвища удостаивались все защитники окружающей среды, вегетарианцы, которые, по ее мнению, составляли приличный процент молодежи Санта-Круза.
Эмбер и Миллер так близко склонили головы, что почти касались друг друга.
Может быть, только для того, чтобы хоть что-то слышать сквозь музыку.
А может, и нет.
«Думаю, он не так уж и расстроен».
– Да, эта игра старая и избитая, но не когда ее провожу я, – заявила Эвелин, отрывая полоски бумаги. – Чье имя назову, тот идет в чулан. Потом мы выберем кого-нибудь, кто присоединится к тебе в темноте. – Она лукаво усмехнулась. – Я предоставлю вам самим решать, что там делать. Когда время истекает, первый выходит, а второй человек остается в чулане, и мы выбираем другое имя.
Компания выразила свое одобрение.
– Это обновленная версия «Семи минут на небесах», – продолжала Эвелин, записывая наши имена на полосках бумаги. – А значит, что мне плевать, окажется ли парень с парнем или девушка с девушкой. Вы все равно идете и знакомитесь друг с другом. – Она снова ухмыльнулась. – Насколько хорошо вы познакомитесь, зависит только от вас.
