В Девушке не нашего круга начинается история нескольких жизней, взращенных различными повседневными житейскими поворотами в России и за ее пределами. Начало - сердцевина Москвы осенью 1998 года, когда даже радость беременности не может омрачиться тяжести. Книга исследует границы между людьми, которые к этому моменту уже обрели своеобразный кодекс: кто идет, кто сидит, а кто, казалось бы, никогда не виделся друг с другом....
Она либо постеснялась вызвать машину через швейцара, либо сочла, что так будет дорого, а может, решила не оставлять следов.
– Настя! – громко, ничего не стесняясь, заорал Артем. Она вздрогнула, оглянулась. Он бросился к ней – плевать, что босиком, что асфальт тронут заморозками и жжет голые ступни, что камешки режут ноги. И Настя тоже – отпустила машину, с которой было договорилась, и повернулась лицом к Артему. Потом заметила, что он без обуви, и кинулась к нему.
– Что же ты делаешь?! – зло бросила ему, когда они сошлись на полпути.
А он не стал объяснять и ничего говорить, просто схватил ее за локоть и повлек назад, в сторону гостиницы.
Швейцар, увидев босоногого постояльца, заступил ему было дорогу, но потом углядел, что это гость номера для новобрачных, да еще вдвоем с невестой – бог знает, чего только ни выясняют между собой молодожены в первую брачную ночь, какие только страсти ни кипят! – поэтому только тонко улыбнулся и поклонился им.
– Куда ты отправилась, даже кофе не попив? – будничным тоном спросил Артем.
Они завернули в бар, в лобби, сели за столик. Бармен с ужасающей вежливостью глянул на босые ступни визитера, однако ничего не сказал. Артем крикнул ему через пустой зал:
– Два двойных эспрессо и парочку свеженьких круассанов, пор-фавор!
Бармен почтительно кивнул и отвернулся к кофе-машине.
– Что случилось? – обыденным тоном спросил молодой человек.
– Ах, Артем! – с мукой в голосе воскликнула девушка. – Так надо. Я не могу тебе рассказать.
– Не можешь? Почему?
– Я очень-очень перед тобой виновата.
– У тебя есть муж и трое детей?
– Ах, не шути так! Все гораздо хуже!
– Что может быть хуже детей? Да еще внебрачных?
Подошел бармен и поставил пред гостями пару чашек кофе и круассаны. Девушка осеклась.
– Давай, попей горяченького. И расскажи мне все.
– Я не знаю, с чего начать.
– Начни сначала.
– Дело в том, что мы – я и моя сестра Юля – воровки. Мы воруем у мужиков машины.
– Ах, ты про это! Но я все знаю.
Четырьмя неделями ранее
Эта была третья встреча в Москве Юли и Андрея. Всю ночь они в его квартире в Вадковском переулке занимались любовью, ели, невпопад пили. Засыпали, просыпались, снова любили.
