Теплая весна сменилась холодными дождями осени, и один день тоскливо-жизненного пути оказался слишком длинным. Девушка не могла ждать автобуса, устала от холода и одиночества. В туманной мгле она шла домой пешком, а сердце ее болело от незримых страхов и надежд.
«Какие, нафиг, инстинкты! Они охренели, пацана резать?!»
«Души иначе не освободить, и потом, он же все равно уже этот… у вас таких называют наркоманами. Если хоть раз чистую душу сожрал — конец, остановиться такой уже не может».
Я упрямо набычилась. Нет уж, надо выяснить все до конца. Даже наркоманов лечат! Наверное… а вдруг он вообще кроме меня никого не покусал еще?!
— Что вы собираетесь с ним делать? — раз уж руки свело, хоть языком попробую поработать… блин, ну как дура вот.
— С помощью своего оружия вскрою его грудную клетку вдоль энергетического меридиана и выпущу сожранные души. Точнее… — Анубис вдруг перестал выдирать у меня из рук свое Оружие и задумчиво продолжил:
— Может, вы и правы, леди. Не стоит торопиться. Здесь все… Странно.
— Вопрос не ко мне, — покачал головой Бобер, — Часть души откушена у этого Мастера, так что ей и решать.
Юнец на алтаре сдавленно пискнул, и, кажется, потерял сознание. То ли от страха, то ли от голода — что-то странное творилось, я вроде как начинала слышать, что там у него внутри творится. Это из-за кусочка моей души в нем?
В любом случае, если бы я знала, КАК его будут извлекать заранее, я бы… э… не отдала мальчишку? Отпустила бы лучше…
— Эммм! — я торопливо помотала головой, — я не согласна! — Мозг лихорадочно искал нужные аргументы и, кажется, нашел: — Не хочу, чтобы кусок моей души кто-то забирал в лабораторию! Извините, это слишком интимно.
— Тогда в чем проблема? Дайте Анубису выполнить свою работу, — снова предложил Бобро.
