Теплая весна сменилась холодными дождями осени, и один день тоскливо-жизненного пути оказался слишком длинным. Девушка не могла ждать автобуса, устала от холода и одиночества. В туманной мгле она шла домой пешком, а сердце ее болело от незримых страхов и надежд.
— Норм, — буркнул Сашка, икнул и стрельнул короткой синей искрой. — Упс. Сорри…
— Вон там молодой Мастер с широким фламбергом, она ближнебойник, вставай за ней. Александр — щит, Ирина прицел и волна. Прикрываем. — коротко и деловито скомандовал Мик, словно ему привычно осуществлять общее руководство.
Я огляделась и действительно зацепилась глазами за черно-синюю косу волос совсем молоденькой девчонки с огромным — чуть не в ее рост, мечом. Пигалица очень ловко и яростно размахивала своей железякой, перекрыв веренице новых тварей подступы к монстру и не давая им сливаться.
Почти прокравшаяся за спиной девушки зеленая гадина разлетелась ошметками, а Сашка успешно принял в свои гостеприимные молнии еще одно прыгнувшее чудище, мелкое, но ощетинившеес шипами. Секунда и тварюшка развеялась в пыль, впитавшись в Кинжал."
"Еще пару выпадов мы с ребятами отразили вполне успешно, и даже опять сумели помочь черноволосой, а потом… потом из тумана вынесло огромное щупальце с пастью на конце и зеленые кинжалы клыков с лязганьем сомкнулись на лезвии ее меча, вырвав оружие из рук отчаянно закричавшей девушки.
Щупальце с пастью, роняя ядовитую слюну, раздулось, явно готовясь плюнуть концентрированной скверной, но Микова Волна срезала дрянь, как гигантским лезвием, а обрубок с диким визгом втянулся обратно в туман. Да!
— Ириска! — заорал вдруг Кинжал, неумело пытаясь передать картинку через ментал, но я уже сама заметила опасность.
Оглянулась и взвыла от злости — ах вы твари!
Теперь и я увидела, чем отличается прокачавшийся на чужой душе дикарь — гад светился по контуру тела почти так же, как твари. И этот здоровенный лысый ублюдок, скалясь от злобной радости, занес свою кувалду над головой лежащей у стены девчонки.
Гады, какие же гады! Так вот что они задумали! Перебить раненых и обессиленых мастеров!
— Мик! — всего мгновение понадобилось, чтобы перенаправить режущую волну, и меня даже не затошнило, когда голова этого урода покатилась по полу, срезанная начисто.
Пинком отбросив тушу дикаря, я склонилась над девушкой и пару раз хлопнула ее по щекам.
