А вот его гостей и охрану следует потрясти. И очень внимательно отсекать все попытки контакта с ним в эти трое суток, на которые придется изолировать всех.
Девушка сидела на стуле, закрыв руками лицо. Крячко отпустил омоновца, охранявшего ее, и сел рядом. Она шарахнулась от него, как от прокаженного. Стас даже заметил, что и от кровати она держится подальше, как огня сторонится. Э, девочка, да ты теперь и свое ремесло забросишь, эк он тебя напугал!
– Ну, давай знакомиться, – заговорил Стас, стараясь выдерживать мягкие, почти отеческие интонации. – Меня Станислав Васильевич зовут. Я – полковник полиции и работаю в Главном управлении уголовного розыска России. Так что можешь ничего не бояться, теперь ты в безопасности, не дадим тебя в обиду.
Крячко хотел еще добавить, что если девушка не закончит с проституцией, то обезопасить ее в дальнейшем не сможет никто, но для таких нравоучений было не время, да и по закону наказывать ее нужно за такие занятия. Сейчас же дело не в этом, девочка была здесь долго, многое слышала. Она напугана, но и сильно разозлилась, что ее втянули в такую компанию, где могли и увечье нанести.
– Ты не бойся, не бойся! Все позади, – говорил он, разглядывая девушку. – Так как тебя зовут?
– Ира. Лужина Ира, – всхлипнула потерпевшая. – Что, оштрафуете меня, да?
– Да что нам твой штраф, – отмахнулся Стас. – Ты же видишь, во что вляпалась. Если бы не спецназ, что с тобой было бы!
– Ой, спасибо ребятам, – закивала девушка, размазывая слезы по щекам. – Я уж и не знала, то ли пугаться, то ли радоваться, когда они через окно полезли в комнату. А этот урод с ножом. Знаете, как страшно!
– Догадываюсь, – хмыкнул Стас, стараясь воздерживаться от насмешливых и оскорбительных выражений.
Девушка вдруг задела рукой кулон, висевший на шее, схватила пальцами за цепочку и сорвала его с себя, бросив на кровать. Сделала она это так брезгливо, будто бросала змею или какую-то неприятную гадкую вещь. Крячко удивился, неторопливо потянулся к кровати и взял кулон в руки. Интересная вещица. Стилизованное изображение сердца, пробитого стрелой амура. И на сердце три камушка, судя по блеску, мелкие бриллианты. Дорогая вещь, приметная. И видно, что наконечник стрелы обломан и чинился. Только как-то неаккуратно.
– Что это ты с такой красивой вещью? – спросил он девушку.
– Это на меня тот урод повесил! – отозвалась Ирина. – Говорит, поиграем в ограбление! Я ведь сюда пришла, чтобы свою цепочку убрать, она там, у бассейна, оборвалась. А он за мной следом приперся.
– Подожди-ка, Ира, – пробормотал Крячко и полез в карман пиджака за телефоном.
Набрав номер дежурного, он попросил поднять сводку и упоминание о золотых вещах с грабежа в Подмосковье недельной давности.