Автор
Врач объясняет состояние пациентки с холодной и отстраненной интонацией. Студентка Галина узнает, что она ставит диагноз "выкидыш", не причинив ей удивления, но воспринимая как физическую реальность. Она ошеломленно смотрит на свои руки, словно в поисках ответа на этот ужасный вопрос....
И пытаюсь понять, в какой момент моя жизнь опять поменялась так кардинально.
Забеременеть второй раз от одного и того же человека.
Но… Почему я не так шокирована, как должна? Потому что и тогда видела его над собой? Слышала его бархатистый и грубый голос? Чувствовала жестокие губы на шее? Его. Не Аяза. Как сильно я ни старалась смотреть вперёд, я не видела своего парня.
И это как помутнение.
Передо мной был только один человек.
Который сломал. Закопал. Обрёк на одиночество.
Но в то же время починил вновь, склеив осколки.
Но это не отменяет того факта… Что я видела Амира. Даже несмотря на то, что знала, что его не может там быть.
Но нет.
Это был он.
Я не сошла с ума, когда забила себе это в голову. Чувствовала его запах, который и сейчас прорывается в мой нос. И слышу голос, который… Меняет моё восприятие абсолютно на всё.
– Ты козёл! – бью его по плечам.
Нет, спасибо ему, конечно, но!
– Ты взял меня против моей воли!
И опять толчок. Хочу вырваться, но понимаю, что резких движений делать нельзя. Даже если придётся и дальше сидеть у Амира на коленях и ощущать каждую его мышцу – буду это делать.
Саидов перехватывает меня за запястье и сильнее дёргает на себя. Я касаюсь своим носом его щеки и хочу тут же отпрянуть, но не успеваю. Сильная ладонь вплетается в волосы и опускается на затылок.
– Ты кричала в ту ночь? От боли? Вырывалась? Молила отпустить тебя? – спрашивает жёстко и серьёзно.
Я замолкаю. Поджимаю губы. Огонёк обиды зарождается где-то в груди.
Ведь он прав.
Я видела его. Чувствовала его движения. И почему мне не было противно?
Противно мне было только от того, что надо мной мог бы быть Аяз…
И если бы я не видела в нём Амира, то у нас ничего не произошло бы.
Господи, какой же парадокс… Это ведь и не он вовсе был.
– Нет, – выдыхаю.
– Тогда не разбрасывайся такими словами, – цедит сквозь зубы. – Я хорошо умею наказывать. И словами, и действиями. Порку тебе устроить нельзя. Хорошее родео – тоже. Но поверь, у меня есть способы наказания такие, что потом ты и в глаза мне посмотреть не сможешь. Тебе будет приятно. И стыдно.
Я приоткрываю рот, чтобы схватить губами немного воздуха. Резко становится жарко. Несмотря на кондиционер в машине. От страха, да, а не от возбуждения.
