Да и с Елизаветой связан скорее дружбой, а не любовью — пережил уже пяток других фаворитов и всё ещё подле императрицы. Вот с помощью него и получить аудиенцию у Елизаветы, раскрыв тайну девушки и представив доказательства.
Поверят ли мне? Если нет, то ехать нам с Таней в Сибирь. Дело не такое уж и страшное — я не сомневался, что смогу организовать нам побег. Но скитаться потом за границей? С нуля устраивать жизнь? Не уверен, что мне этого хочется.
А если императрица поверит? Велик шанс, что за границу поедет одна Таня — свою вторую дочь Елизавета отослала аж в Италию. Даже гипотетический наследник, девушка-бастард — слишком большой соблазн для многих политических фигур. Прямого-то наследника по мужской линии нет! А тот же Пётр Фёдорович — фигура для многих неудобная.
Но есть у меня и другое подозрение. А вдруг Елизавета знает о Тане? Что если дядя как раз и выторговал себе мягкую ссылку, обещая приглядывать за девочкой и охранять её? Мол, жива-здорова, под надзором. Слишком уж дядя перед смертью настаивал, чтобы я открещивался перед императрицей от его дел. Может такое быть? Теоретически, шанс есть. Я ведь не знаю, как Елизавета относится к своим внебрачным детям. Или это у меня воображение с паранойей разыгрались.
Вопросы, сплошные вопросы, и ни одного внятного ответа. Вернее, один как раз есть: я не собираюсь искать прибыли для себя и использовать Таню. Как учитель и как любовник, я обязан в первую очередь подумать о ней самой. Помочь устроить судьбу лучшим образом.
Впрочем, время ещё есть. Я решил не торопиться и ничего пока не решать. Как бы я ни пёкся о Тане, подставляться самому тоже нельзя.
Радость от возвращения в Злобино испортил Лукиан. Едва экипажи въехали в усадьбу, как он уже стоял на крыльце и сердито щурился исподлобья. Едва я выбрался из дормеза, он подошёл, окинул меня взглядом с ног до головы и хмуро бросил:
— Вот, значит, как. Идём-ка, отрок, побеседуем.
Не слушая никаких возражений, он схватил меня за локоть и буквально потащил в парк за особняком. Заведя подальше от лишних глаз, он остановился и ткнул меня пальцем в грудь.
— Я тебе что сказал, а? Колдовать не смей!
Он попытался схватить меня за ухо, но я вовремя уклонился и отступил на шаг.
— Ты что думаешь, это всё шуточки?!
От второй попытки выкрутить ухо я ушёл также легко.
— А если тебя порвёт на тряпочки, кто тебя собирать будет? Что я Хозяйке скажу? А?
— Руки, отец Лукиан.
— Руки уберите. Вы мне не родитель, чтобы за уши таскать.
