По чистому и открытому взгляду Лисёны видно, что её вопрос скорее про доверие. И это гораздо сексуальнее, чем похоть случайных девок.
— Надо тогда еду заказать, — тянусь к мобильнику, чтобы оформить доставку.
— Зачем? У меня дома есть еда.
— Ты про ПП-шный салат? — усмехаюсь. — Или что там обычно девчонки жуют после шести? Без обид, Лисён, но я не считаю траву едой.
— Салат я не успела сделать, — Вика жмёт плечами. — Но зато пожарила котлеты и запекла картошку. Ещё суп куриный с вермишелью есть. Или ты такое не любишь?
Сглотнув слюну, с подозрением смотрю на Лисовец.
— Ты умеешь готовить?
— Почему тебя это удивляет? — смущается она. — Папа признаёт только домашнюю еду, поэтому…
— Ясно, — перебиваю, резко распахивая дверь. — К чёрту доставку. Пошли.
Не могу вспомнить, когда последний раз ел домашнюю еду. Мать никогда не увлекалась готовкой, у неё карьера была в приоритете. Сестра младшая тоже не проявляла к этому интереса. А девки, с которыми проводил время, только в постели себя показывать успевали. Дальше не пускал.
— Я сейчас всё разогрею, — начинает суетится Лисёна, едва заходим в квартиру.
А я осматриваюсь. Нахожу ванную, мою руки и, пройдя в зал, замечаю на стене фотки в рамках.
На одной из них Палыч — молодой совсем, но уже здоровый, как бык. Он прижимает к себе стройную рыжую девчонку лет восемнадцати. И Вика — её точная копия.
— Всё готово, — слышу тихий голос за спиной.
Оборачиваюсь и, поймав смущенный румянец на щеках, понимаю, что разница между матерью и дочерью всё же есть.
Лисёна более нежная, что ли. И взгляд у неё особенный — кристально-чистый. Он меня ещё в «Бездне» зацепил. И сейчас цепляет. Но я стараюсь не зацикливаться на этом и держу дистанцию.
— Ты не будешь есть? — хмурюсь, увидев, что стол накрыт только для одного человека.
— После всех событий у меня нет аппетита, — качает она головой и нервно передёргивает плечами. — Ты ужинай, я сейчас вернусь.
Наблюдаю, как Вика торопливо скрывается в ванной, и сажусь за стол.
В отличие от впечатлительной малышки, я от еды точно отказываться не собираюсь. Поэтому с кайфом сметаю всё, что есть на столе, и закидываю грязные тарелки в посудомойку.
— У тебя всё нормально? — интересуюсь, подойдя к двери ванной.
— Да, я… скоро выйду, — летит смущенный ответ на фоне льющейся воды.
Запрещаю себе представлять Вику под душем. Думаю о чем угодно, только не об этом.
Иду в зал и, завалившись на диван, читаю сообщение от Макара.
