Осетинский писатель Тотырбек Джатиев делится боевыми впечатлениями и воспоминаниями о людях, встреченных на фронтах Великой Отечественной войны. Произведение содержит реальные свидетельства участника войны о героизме, товариществе и трагических событиях военных лет.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Дика»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Осетинский писатель Тотырбек Джатиев делится боевыми впечатлениями и воспоминаниями о людях, встреченных на фронтах Великой Отечественной войны. Произведение содержит реальные свидетельства участника войны о героизме, товариществе и трагических событиях военных лет.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Осетинский писатель Тотырбек Джатиев делится боевыми впечатлениями и воспоминаниями о людях, встреченных на фронтах Великой Отечественной войны. Произведение содержит реальные свидетельства участника войны о героизме, товариществе и трагических событиях военных лет.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Но она не слышала своего крика. Она только успела заметить, что слева и справа от нее вдруг появились фигуры товарищей-матросов. Вслед за Илитой они устремились на врага.
Этих фигур становилось все больше и больше, — к морякам теперь присоединились оставшиеся в живых бойцы из роты Гуриева.
— Ура! Ур-ра-а!.. — понеслось над холмом. Этот громкий, победный крик на минуту заглушил и разрывы мин, и треск пулеметов. — Ур-ра-аа!..
Илита выскочила на ровное место, увидела впереди трех немецких солдат и скосила их короткой автоматной очередью.
— Так их, сволочей, сестренка! — рявкнул неподалеку голос Федунова.
Илита обернулась. Сергей Федунов, ширококостный, кряжистый, будто медведь, легко, играючи бросил в ближний немецкий окоп тяжелую противотанковую гранату. Затем глянул на Илиту, улыбнулся, вытер пот с лица и побежал дальше.
Жив Федунов!
Немцы не выдержали контратаки матросов, начали отступать. Рота Гуриева была спасена.
Бой переместился севернее, к полуокруженному фашистами артполку Чичугина и Железняка.
Но Илита уже не участвовала в нем. Недавняя вспышка энергии, бросившая ее в атаку, вдруг прошла, и сейчас она не могла шевельнуть ни ногой, ни рукой. Свинцовая усталость сковала тело. Она присела на край окопа, оглянулась по сторонам.
Следы недавнего жестокого и кровавого боя виднелись повсюду. У ног Илиты лежал сломанный приклад винтовки. Чуть дальше — кисет с вышивкой. Ветерок тормошил листочки писем, валявшихся на земле. А что это за темная фигура лежит у вражеского окопа?
Илита заставила себя встать. Утомление было так велико, что она не шла, а ковыляла. Около окопа, раскинув руки и уткнувшись лицом в землю, лежал человек в матросском бушлате. Руки его мертвой хваткой вцепились в автомат.
С трудом перевернув человека в бушлате, Илита пощупала пульс на тонкой кисти. Пульса не было. Или ей только так показалось? Она снова взялась за руку и на сей раз различила его: вот он, тусклый, вялый удар, за ним еще один. Илита приподняла голову человека и слегка окропила щеки водой из фляжки. Веки раненого затрепетали.
— Кто ты? Что с тобой? — тихо спросила она.
— Гу-ри-ев, — невнятно ответил человек. Он наконец открыл глаза и увидел Илиту. — Гу-ри-ев…
«Гуриев! — взволнованно подумала Илита. — Я нашла его!»
— Пи-ить… — сказал Гуриев и снова закрыл глаза.
Илита всунула ему горлышко фляги прямо в зубы. Пусть пьет. Пусть потребует от Илиты чего угодно — она все сделает, чтобы он остался жив!
Она была так возбуждена, что заговорила по-осетински:
— Таймураз? Вано фурт дэ?[4]
— Чызг уый дэн[5], — ответил Гуриев, отрываясь от фляжки. В глазах его мелькнуло удивление.
— Дон аназ, мефсымар![6] — сказала Илита, снова поднося фляжку к губам раненого.
