Автор
В преддверии войны в тайге происходит что-то страшное и необъяснимое. Обычному человеку, случайно оказавшемуся в этих местах, предстоит разобраться с мистическими угрозами и спасти тех, кого он успел полюбить. Выживание в дикой природе станет его последним испытанием.
Крепкий. Сто лет простоит, — моментально включился в торг атаман. — Шестьдесят семь.
— Шестьдесят пять, и по рукам, — ответил Мишка, не имея никакого желания затягивать этот процесс. С деньгами из тайника он мог купить этот дом прямо сейчас.
И это не вспоминая про золотые соверены, английские фунты и самородки.
— По рукам, — кивнул атаман, протягивая ему ладонь.
— Уговор. Слово сказано, — кивнул Мишка, хлопнув по ладони.
— Слово сказано, — улыбнувшись, кивнул казак. — Когда казаков собирать?
— А через два дня и присылай. Сначала сено, дрова, уголь вывезем. Скотину перегоним. Ну, а потом уж и остальное заберём. Ты, мама Глаша, с Танюшкой сразу сюда поедете, дом обживать. А я там пригляжу. Заодно и с соседом Лукой поговорю, за избушку нашу.
— Да берёт он её, — отмахнулась тётка. — Тридцать пять рублей готов отдать. Но ежели на год растянем. Ему этот дом как манна небесная. Забор убрать, и подворье большое, и огород, и два колодца сразу будет.
«И когда успела? — охнул про себя Мишка. — И правда, не баба, а электровеник».
— Но ты, сынок, если чего решишь, торгуйся. Я ему сразу сказала, что слово последнее за тобой будет.
— Правильно всё, — отмахнулся Мишка. — С таким соседом лучше потерять, чем обидеть. Мы его телегой сколько лет пользовались, а он и слова не сказал, и платы не попросил. Нет. Пусть так и будет, — закончил парень.
— Это по-нашему, — одобрительно проворчал атаман.
— Ну, раз уж всё порешили, поедем мы, Сергий Поликарпович, — вздохнул Мишка.
— А как же пообедать? Да и обмыть сговор не грех, — всполошился атаман.
— Успеем ещё. Дорога долгая, а мы с дитём, — улыбнулся Мишка. — Да и не пью я. Почти. Если только пива после бани.
— Ладно. Но как переедете, так уж не отвертишься, — сдался казак, погрозив ему пальцем.
— И не собирался, — усмехнулся Мишка.
Они погрузились в телегу, и Монгол неспешной рысью повёз их обратно в деревню. После ужина Мишка засел резать Танюшке очередную куклу, когда в дом вошёл старший сын Марфы, таща на плече какой-то свёрток.
— Я к тебе, Миша, — сказал мальчишка, опустив свой груз и шмыгнув носом.
— Говори, приятель, — улыбнулся парень.
— Тут ружьё отцово. Двудулка. Так один курок не срабатывает. Посмотришь?
— Да ты, приятель, никак на промысел собрался? — усмехнулся Мишка, быстро разворачивая дерюгу и осматривая ружьё.
Этот карамультук был явно старше даже самого Мишки. Замок стволов разболтан, а в левом УСМе пружина накрылась.
