Автор
В тени ржавого за防卫壕, Мышка держит ружье, окутанный клубами пепла и отдающей сталью. Каждый выстрел кажется последним — враги рядом сражаются на равных. Здесь царят лишь дикие войны: темнота, холодный дождь и вечная борьба за выживание.
Да и того раненым. Так что всё нормально.
— Да где ж нормально-то, Мишенька?! Где ж нормально?! — взвилась Глафира. — Мальчишка против душегубов матёрых!
— Уймись, — рыкнул Мишка, начиная терять терпение. — Кто ж знал, что это не просто бандиты, а убийцы матёрые? Да и чёрт с ними. Разобрался, и ладно, — вздохнув, отмахнулся парень. — Тут другое.
— А что не так, сынок? — насторожилась женщина.
— Да вот никак в толк не возьму, как дальше жить. Народ ведь теперь станет за каждым шагом следить да обсуждать. А оно мне надо? И так многие косились, а теперь вообще проходу не станет, — подбирая слова, пожаловался Мишка.
— Не бери в голову, сынок, — чуть подумав, отмахнулась Глафира. — Поговорят да забудут. Сам знаешь, у нас всегда так.
— Как так? — не понял парень, погружённый в собственные мысли.
— Любую новость обсуждают, пока что-то новое не случится. А если вправду, то посидел бы ты пока дома. Так оно и мне спокойнее, и тебе лучше будет, — подсказала Глафира, поглядывая на него с каким-то затаённым интересом.
— Мама Глаша, ты чего опять задумала? — внимательно посмотрев на неё, осторожно поинтересовался Мишка.
За прошедшее время он успел уже как следует изучить тётку, чтобы научиться понимать её маленькие хитрости. Вот и сейчас она опять что-то придумала. Сообразив, что попалась, Глафира смущённо улыбнулась и, вздохнув, потупилась.
— Мама Глаша, рассказывай, — нажав голосом, потребовал Мишка, моментально насторожившись.
— Да тут дело такое, сынок, сговорить тебя хотят, — смущённо пробормотала женщина.
— Не понял. Куда сговорить? Зачем? — растерялся Мишка.
— Так женить, значит, чтобы, — развела Глафира руками.
— Да ты сдурела, мать?! — взвыл Мишка не своим голосом. — Куда мне жениться? Ни кола ни двора! Импотент без прописки…
— Чего?
— Забудь! — отмахнулся Мишка и, вскочив, принялся расхаживать по избе. — Ты ничего умнее не придумала, как женить меня? Нашла время.
— Так пора бы уже, Мишенька, — пролепетала Глафира, явно испуганная его реакцией.
— Куда пора?! Мама Глаша, да мне даже семнадцати нет.
— Так ведь тут не в годах дело-то, сынок. Ты не годами, ты умом для своей семьи созрел, — выдала женщина, и Мишка, не удержавшись, от всей души грохнул кулаком в стену так, что с потолка извёстка посыпалась.
— Каким умом, мама Глаша?! Да я домой возвращаюсь только потому, что в тайге летом делать нечего. Скучно мне в посёлке. А ты мне хомут на шею навесить хочешь, — проворчал Мишка, беря себя в руки и успокаиваясь. — Нет.
