Автор
В тени ржавого за防卫壕, Мышка держит ружье, окутанный клубами пепла и отдающей сталью. Каждый выстрел кажется последним — враги рядом сражаются на равных. Здесь царят лишь дикие войны: темнота, холодный дождь и вечная борьба за выживание.
В итоге всё собранное им золото уместилось в нескольких патронных ящиках, которые Мишка, не мудрствуя лукаво, сложил в сенях, составив их в углу и накрыв куском старой рогожи. Хочешь что-то спрятать, прячь на виду. А на третий день на заимку пришли ханты. Как обычно, одарив их и получив в ответ кучу отдарков, Мишка заварил свежий чай и, присев к столу, спросил у задумчиво пыхтевшего трубкой Торгата:
— Что-то не так?
— Не очень хорошо, Мишка, — вздохнул охотник. — Волков много становится. Травоеды из-за них уходят.
— Откуда вдруг волки взялись? — удивился Мишка.
— Не знаю. Уже две стаи по пятнадцать зверей видели.
— Так, может, стоит на них большую охоту устроить, пока они всех травоедов не разогнали? — подумав, предложил Мишка.
— Парни охотятся, — вздохнул Торгат.
— Не так. Они по следу идут, а надо, чтобы волки сами к ним пришли. Выбивать их надо.
— Будешь нас охоте учить? — усмехнулся хант.
— Нет. Учить не стану. Но совет дам, — твёрдо ответил Мишка.
— Думаешь, твой совет будет лучше, чем наши правила? — иронично хмыкнул Торгат.
— Вы так не охотитесь, вот и всё, — пожал Мишка плечами.
— Расскажи, — кивнул охотник.
— Волк — зверь осторожный, но сейчас им голодно, — начал Мишка. — Сам видишь, сколько снегу навалило. Вот и надо сделать так, чтобы они в одном месте собрались. Поляна нужна большая. Охотников на краю поляны на деревья рассадить, по кругу. А на самой поляне свежую кровь разлить. А как волки на неё выйдут, тут и стрелять.
— Это уже не охота будет, — помолчав, вздохнул Торгат.
— Знаю. Но или так, или опять вам кочевать до самой весны. А волки и за вами пойти могут, сам знаешь, — вздохнул в ответ Мишка, которому подобная бойня и самому претила.
— Хорошо, Мишка. Думать стану, — кивнул Торгат. — Там, в сенях, шкура того аю, что ты добыл. Большая. А зубы вот. Как просил, — закончил он, выложив на стол маленький мешочек. — Мясо Илкен закоптил, как ты учил. Всё в леднике стоит. В бочонках.
— Спасибо, Торгат, — кивнул Мишка. — Скажи, у вас выделанные шкуры есть?
— Зачем тебе?
— Подарок сделать хочу. Пимы, доху, шапку, — перечислил он.
— Кому? — коротко спросил охотник.
— Девушке одной, — улыбнулся парень.
— Бабу нашёл. Хорошо. Давно пора, — кивнул охотник. — Приходи. Скажешь, на кого из наших женщин она фигурой похожа, они всё сошьют.
Их разговор прервал топот в сенях, и в дом ввалился сверкающий смазанным жиром лицом Илкен.
