Автор
В тени ржавого за防卫壕, Мышка держит ружье, окутанный клубами пепла и отдающей сталью. Каждый выстрел кажется последним — враги рядом сражаются на равных. Здесь царят лишь дикие войны: темнота, холодный дождь и вечная борьба за выживание.
Солдаты было кинулись с ахфицером вслед, да куда там. Мишанька ежели на след встал, будет зверя гнать, пока не догонит. А эти до поляны дошли, и всё. Куда дальше, не знают.
— Неужто один ушёл? — не поверила её товарка.
— Один. Сам, говорит, догоню и виру кровью возьму. Мой-то старый его взгляд как в покойницкой увидел, так и обомлел. Я, говорит, за столько лет всякого повидал, но чтобы человек так смотрел, не было. Одно слово, таёжник.
— Вот уж не думала, что у него с той Ленкой любовь такая, — покачала головой третья торговка.
— Что это вы тут прямо страсти такие рассказываете, — протянула Дарья, делая вид, что рассматривает товар. — Прям как в романе каком.
— Ох, барышня, да какие там романы, — сморщив нос, отмахнулась самая информированная торговка. — Быль это. Вот прямо в этом вот посёлке быль. Миша охотник, что по весне один двух убивцев взял, за полюбовницу свою, что хунхузы убили, мстить пошёл. А перед этим дитёнка её себе забрал.
— Что, правда один против банды? — не поверила Дарья.
— Один. Он вообще почитай всегда один в тайгу ходит. На то и таёжник, — истово закивала тётка.
— И вы думаете, он сумеет их всех победить? — снова не поверила девушка.
— Мишка-то? Да он стреляет так, что наша полиция его учителем брала. А уж винтовок у него куча. Да вы его не знаете, барышня. А парень ох непрост, — наставительно вздохнула торговка. — Ещё мальцом сиротой остался. Его к себе тётка забрала.
Она так и сказала: талан. Только услышав продолжение фразы, Дарья поняла, о чём идёт речь.
— Подождите, а он, часом, с толстым таким полицейским не встречается? — уточнила она, припомнив кое-что из недавнего прошлого.
— Верно. С урядником нашим дружбу водит. Никак видели их?
— Однажды, — с достоинством кивнула Дарья. — Да, интересная история. Так он догнал тех бандитов?
— Так не вернулся покуда. Третьи сутки пошли, — вздохнула торговка.
— Думаете, вернётся? — не удержалась Дарья.
— Кто? Мишанька? Уж будьте покойны, — вдруг рассмеялась тётка. — Этот бес любого бандита за пояс заткнёт.
