Вчера Мейвис думала, что Офелия, выйдя за вас, добьется желаемого и снова победит, поэтому собиралась молчать, чтобы подобного не произошло. Но когда вы объяснили, что Офелия не желает провести всю жизнь в деревне, Мейвис решила заставить ее страдать. Она хотела, чтобы Офелия посчитала, будто выхода нет.
– Не только Офелия, но и я.
– Она не представляла, что так больно ранит вас. Собиралась спасти, прежде чем вы женитесь. Вот только понятия не имела, что свадьба состоится так скоро. Мейвис полагала, что у нее в запасе много времени и что она все скажет сегодня, когда будет возвращаться в Лондон.
– Но почему вы с Мейвис здесь, если, по-вашему, свадьба уже состоялась?
– Мейвис хотела предложить вам аннулировать брак. Мне казалось, это не слишком умная мысль. Родители Офелии рады такому зятю, как вы. Правда, теперь это не важно благодаря уловке Невилла. Наконец-то все кончено, Дункан.
Смысл ее слов только сейчас дошел до Дункана. Первым его порывом было обнять Сабрину. Так он и сделал.
Та рассмеялась и тоже обняла его, а он обрадовался этому даже больше, чем освобождению от Офелии. Дункан и сам не понимал до сих пор, как мучило его внезапное отчуждение Сабрины.
Но сладостное забытье продолжалось всего несколько чудесных мгновений. Голос Офелии, донесшийся сверху, подействовал на него, как струя ледяной воды. Сабрина тут же отстранилась.
– Могли бы по крайней мере хотя бы притвориться джентльменом и подождать, пока фарс, именуемый помолвкой, официально завершится, прежде чем открыто выказывать свои истинные симпатии, – с брезгливым презрением бросила Офелия.
– Разумеется, трудно ожидать соблюдения приличий или хотя бы обычной учтивости от того, кто совсем недавно принят в обществе.
Глава 50
Дункан медленно обернулся к Офелии, замершей на ступеньках. Гнев, вызванный ее злобными речами, немного унялся от сознания того, что больше ему никогда не придется иметь дело с этой змеей.
Поэтому в голосе Дункана слышались лишь нотки легкого неодобрения:
– Леди Офелия, будь я таким варваром, как вам представляется, мы не обручились бы снова, пусть даже вся чертова толпа гостей застала меня в вашей спальне.
Поймите, мне было бы плевать на вашу репутацию.
– Но это вы во всем виноваты, – напомнила Офелия, краснея от его грубости.
– И что же? Какое дело дикарям до таких пустяков?
– О, так и быть, вы не дикарь, – сухо согласилась она.
– Не думал, что доживу до такого дня! – вмешался Рэйфел с ехидным смешком.
