Автор
В утреннем порыве тоски и неудачи каждый начинает день с паcсаля. Но наш герой Милен, по сути, дикарь из глубинки, умеет преодолевать препятствия безошибочно, как в игре на выживание. Это курс для мажорки, где каждый новый день становится новым заданием для перехитрения обстоятельств и ослепления их в тени реальности....
На моей работе не очень-то и поиграешь.
Дима ничего на это не отвечает.
– Эм, Дим, раз уж мы тут с тобой, волею судьбы, оба стали узниками замка Иф…
– Чего-чего? Какого замка?
– Я говорю, раз мы с тобой остались вдвоем, может, поиграем? В догонялки там.
– По-твоему, мне сколько лет, теть?
Теть? Это обидно.
– А в дурака? – делаю я новую попытку «втереться в доверие» самого младшего Румянцева. – Или в монополию! О, обожаю ее! У вас есть монополия?
– Да ты рофлишь?
– Слушай, а ты можешь выражаться как-то яснее? Желательно по-русски.
Дима закатывает глаза:
– Слушай, – обезьянничает, – Милкивей, отстань, а? У меня тут катка горит. Мне некогда с тобой болтать.
Нет. Беру свои слова обратно. Этот маленький дерзкий бесенок точно сын своего отца! Различие только в цвете волос и глаз. В остальном – династия дикарей благополучно продолжена.
– Ладно, – бурчу, – катай свои катки.
– Катки не катают, а гамают. Вот ты древняя, конечно!
– Ладно, один фиг, я не понимаю твоего инопланетного.
Наконец-то Дима открывает взгляд от телефона и таращится на меня, как на говорящего доисторического динозавра:
– Вообще-то позвонить – это значит позвонить.
– Надо же. Вау! Не такая уж я и древняя, оказывается, – фыркаю я.
– М-да, тяжелый случай. А позвонить это… – начинает и резко захлопывает рот парень.
– С инетом и связью тут полный факап. Папа категорически против всех новомодных штук.
– Да, – киваю, – я заметила.
– Но я знаю, где ловит. Есть тут одна чудо полянка. Иногда гоняю туда, соцсети поюзать и с друзьями поболтать. Ну, когда совсем становится скучно.
– Серьезно? – улыбаюсь я, подпрыгивая от радости. – Уи-и! Расскажешь где?!
– А что мне за это будет? – фыркает Димка.
– А что хочешь?
– Тыщу. И бабки вперед.
