Автор
Город ожил после ночи, когда разумный дикарь удалил всех из дома, включая собак. Теперь его взгляд падает на Шерхана Хендли, стоящего посреди гостиной, и Фирс не может удержаться от ответственности перед этим необычным приш guest.
Тихонько дует и сильно втягивает в рот, отчего я ахаю. Ласкает снова и снова, сочетая нежность губ и легкую боль укусов. А потом прижимается щекой, трется щетиной, и я вскрикиваю уже в голос, не в силах выдержать эту муку.
— Шерх!
— М-м?
Его рука уже спустилась ниже. Хенсли развязывает ленту на панталонах и сдвигает кружево в сторону, оголяя низ моего живота. А потом начинает поглаживать кожу, двигаясь к сжатым ногам. Его прикосновения бархатные, и каждое заставляет меня дрожать и сдерживать тихие всхлипы. Еще ниже — и нежные пальцы между ног, и губы, заглушившие мой стон… Его язык ласкает мой рот, а пальцы гладят внизу, и я выгибаю спину, непроизвольно открываюсь ему, желая большего.
— Шерх!
— Ты хочешь меня о чем-то попросить, Софи? — его голос хриплый, он тяжело дышит, но продолжает мучить меня наслаждением. Снова целует мою грудь, втягивает соски в рот, перекатывает между губ, как сладкие ягоды. А пальцы дразнят, кружат и ласкают все настойчивее, приближают экстаз.
— Шерх! — я уже кричу и требую, потому что вытерпеть это невозможно…
И он рывком освобождает меня от остатков одежды, стягивает панталоны.
— О, Духи…
— О, Софи, — сдавленно выдыхает он. — Ты делаешь мне больно… Но мне это нравится…
— Шерх, пожалуйста…
— Давай, скажи это…
— Ты мне нужен! Прямо сейчас!
Я вижу голод в его глазах. Всепоглощающий, мучительный. И дрожь в руках, когда он рывком отстраняется, рывком стягивает свой свитер, резко сдирает штаны… Накрывает меня своим телом, и я удовлетворенно обхватываю его руками, провожу ладонями по сильной спине, глажу напряженные мышцы под загорелой кожей.
Шерх вздрагивает и теряет контроль, который так тщательно пытался удержать.
— Зараза рыжая… — сдавленно стонет он.
Мучительно прижимается пахом к моим бедрам, туда, где так влажно и горячо после его ласк. Туда, где я невыносимо хочу почувствовать его плоть.
* * *"
"Я умираю. Рыжая зараза убивает меня наслаждением. Все время пока я ласкаю ее, думаю лишь о том, чтобы не сорваться, потому что сохранять контроль неимоверно трудно, и мне так хочется взять ее, что перед глазами темно. Ощущения слишком яркие, почти мучительные. Но эта боль со знаком плюс, я хочу ее снова и снова.
