Автор
В заднем сиденье автомобиля цветы развевались, напоминая о безмятежности дня. Но здесь происходило что-то другое - нечто опасное и непредсказуемое. Кот чувствовался в воздухе как яркий свет лампы на столе: он был здесь и дышал этим напряжением, будоража мир вокруг.
Так глупо, ревновать к чьему-то прошлому, к тому, что было задолго до тебя, будто имеешь право отбирать у прошлого право на существование.
Наверное, ревновал, что пока не стал для Дарины Тем Самым. Но все шансы у меня в руках."
"Я же не дурак, чтобы эти шансы упустить! Надо воспользоваться ими на всю катушку. Пока рисовал независимого от мнения Фурии, едва не упустил ее, доказать что-то ей пытался. У нее, как ни крути, жизнь не сахар. В особенности, с таким муженьком.
Развод бы ускорить как-то…
Так, стоп! Стоп, Кот… Не все сразу.
Пусть в себя придет, сил наберется.
Мы еще о чем-то поболтали, пока Дарина не уснула. Самое интересное, я не помнил, о чем мы говорили. Обо всем и ни о чем. О нас. О ерунде всякой… Оказывается, не важно, о чем болтать, лишь бы чувствовать рядом ее тепло и слышать голос, пусть хоть телефонный справочник вслух зачитывает, я не против!
Я перевел ее телефон на беззвучный, вышло очень даже вовремя, потому что на экране высветилось “Олежа”. Как же меня бесило это обращение! Надо переименовать его в “бывший муж” — слишком ласковое, да?
Я осторожно встал, чтобы не разбудить Дарину, покинул палату.
Следом зазвонил мой телефон.
Звонил тот же самый человек.
Я отошел к окну, ответил.
— Слушаю.
— Слушаешь?! — переспросил зло Мамаев. — Так слушай сюда внимательнее, паскуда. Я знаю, что у тебя роман с Дариной. Дочь мне все рассказала! В трусы к моей жене полез! Ты… Я тебя у себя в доме принимал, как дорогого гостя, а ты…
— Было такое, да. Не спорю. Но и ты не спорь, что надо было уделять больше внимания жене, а не шашням с любовницей.
— Я не…
— Вот только не надо, — поморщился. — Мне-то, как мужик мужику, можешь не врать.
— Не врать, а ты потом используешь мои же слова против меня самого? — рассмеялся. — Дурака нашел, что ли?
— Мы на той стадии, когда слова уже ничего не значат. Есть поступки. У тебя они с душком.
— Увел жену и радуешься?
— Человек не барашек, чтобы накинуть на шею веревку и увести против воли. Дарина — тем более. Захотела уйти от тебя — ушла.
— Что ты мне сказки рассказываешь? Лана видела вас вместе. На той квартире, что я подарил Дарине в качестве примирительного подарка. Немыслимо просто. Я ей картиры дарю, а она там с любовниками трахается.
— Еще не потрахались. Но потрахаемся. Может быть, Дарина вернет тебе эту хату занюханную, я точно не знаю, но готов обеспечить свою женщину всем необходимым, а тебе… Лучше не соваться, пока тебя не кастрировали нафиг.
