Этан резко прыгнул и помчался наверх, стремясь избежать опасности – горы или обрыва. Каждый его шаг было слышно дробным шорохом воды, но он не замедлил бег. Впереди была надежда на спасение и отвага в каждом прыжке через чью-то смерть.
Даг мог залечь на дно и выбрать любой момент. Лиам не сможет оставаться здесь вечно. У него есть работа, муж и брат, за которыми надо присматривать.
- Хорошо.
Трэй вздохнул:
- Слушай, не надо, ты же явно не считаешь, что все хорошо.
Брэм ощетинился, но все же сдержался.
– Попроси Этана перезвонить мне.
- Ладно.
Они отключились, и Брэм тут же позвонил Этану на работу, но, как он и думал, смена уже закончилась, и тот уехал. Как сказали Брэму — двадцать минут назад. Этан уже должен был быть дома, если не заехал по дороге в магазин.
Брэм мерил шагами комнаты, взвешивая возможности, прислушиваясь к хрусту гравия под колесами."
"Еще двадцать минут спустя он убедился, что что-то случилось, и не только потому что сходил с ума от беспокойства. Кожа чесалась, и ему больше не хотелось быть человеком. Что-то подсказывало, что это небезопасно. Он подождет Этана здесь, но не в человеческом облике. Брэм разделся, выскользнул за дверь и побежал к лесу. А там перекинулся.
Этан не знал, откуда у Дага ресурсы на такое.
Теперь это не имело значения. Этану нужно было найти Брэма и предупредить его.
Он забежал поглубже в лес и перекинулся. Обращался он быстро, и хотя после превращения он был немного дезориентирован, ему не требовалось много времени, чтобы прийти в себя и вспомнить, что его столкнули с дороги.
Он бежал почти полчаса, мимо деревьев и продираясь сквозь кусты. Ему отчаянно хотелось убедиться, что Брэм в безопасности. Он чуть не пропустил его, пока мчался к задней двери. Волк перерезал ему дорогу, и Этан резко остановился и уставился на него.
То, что Брэм стал волком, означало, что он почувствовал опасность, правда, если повезет, не такую, с какой столкнулся сам Этан.
Как Брэм узнал об опасности, не имело значения, им надо было бежать. Брэм явно думал так же, судя по кивку, который словно бы говорил: «Пойдем».
Этан знал, что делать. Он тщательно изучил здешние места в первый месяц, когда еще не мог заставить себя верить Трэю.
