Автор
В холодном свете факелов и черной маски врага ярко видна его жесткая решимость. От его взгляда пробирается лед, заставляя присесть на корточки, прячашься в тени каменной стены. Мгла вокруг только усиливает неуловимую атмосферу опасности и приключенческого начала нового приключений....
И почему-то я не могу отвести от него взгляд.
Наверное, это входит в привычку. Не выпускать его из вида, когда он рядом. Просто чтобы понимать, какие планы он затевает.
— Держи.
Подает мне объемную теплую куртку, которую только что достал из своей сумки.
— Спасибо, но я…
— Давай, — обрывает.
И набрасывает куртку на мои плечи. Закутывает. Буквально утопаю в его одежде, а еще меня окутывает запах ментола и чего-то пряного, терпкого.
Сигареты? От его вещей должно пахнуть сигаретами. Он же постоянно курит.
— А ты что наденешь? — хмурюсь.
Другая куртка у него мокрая от дождя.
— Мне и так нормально, — отмахивается.
Поправляет воротник. Его пальцы дотрагиваются до моей шеи. Очень горячие. Он явно не мерзнет. От рук будто жар исходит.
— Подремай, — говорит Дикий.
— Пока почитаю.
Снова достаю документы. Там всегда есть, что изучить.
— Смотри сама, — выдает он и укладывается на сиденье.
Дождь только сильнее льет.
Кто же нас отсюда заберет? Кто вообще знает, что мы здесь застряли? Без связи Дикий никому бы не смог дозвониться.
Волнение вспыхивает и затухает. Он ведет себя настолько уверенно, что понимаю: мы выберемся отсюда. Вопрос — когда?
Через время проверяю телефон. Сеть не появляется. Проходит всего час.
Бросаю короткий взгляд на Дикого. Его глаза закрыты. Грудь мерно вздымается. Похоже, уснул.
Поворачиваюсь к окну, прохожусь ладонью по запотевшему стеклу. Смотрю на остановку, напротив которой мы остановились. Откладываю документы и тянусь, чтобы открыть дверцу.
— Ты куда? — сразу же раздается вопрос.
Приходится обернуться.
— Мне нужно выйти, — роняю.
Темные брови сходятся над переносицей, а потом Дикий едва заметно кивает.
— За остановкой есть туалет, — говорит он. — Сельский. Без удобств. Но зато под навесом.
— Поняла.
Выскальзываю из машины.
Дождь хлещет по щекам, а ветер такой, что кажется, меня сейчас унесет в сторону. Надо пройти совсем немного, но я успеваю продрогнуть. Когда наконец возвращаюсь обратно, дрожь колотит, зуб на зуб не попадает.
Дикий сразу прибавляет градусы в печке.
— Ты как? — хмурится.
— Хор-рошо.
В салоне намного теплее, чем на улице, только я все равно не могу согреться.
Пока меня не было, Дикий поднял откинутое сиденье. Теперь же обхватывает меня за талию и перетягивает к себе на колени. Опешив от непринужденности его действий, в первый момент даже не сопротивляюсь.
— Стой, ты что, — бормочу и дергаюсь, когда он обнимает меня и прижимает вплотную к себе.
— Тихо, — обрывает.
