Вагон качало, словно в игре-развлечении. Сибирский крез Иванов воскрес в мягком диванчике, заставляя его покачиваться как на веслах корабля. В расстегнутом жилете и без галстука он выглядел домашним и неосознанным центром огромной империи, где каждый квадратный метр земли значился в миллионе....
– Вот это был казус, не чета вашему… Нашли часики?
– Да, вот они…
– Я им сейчас велю, чтобы заменили матрас и денег за старый не требовали, – сказал Иванихин деловито. – Сами виноваты, раньше надо было за прорехами смотреть… И не спорьте. Я для вас и больше сделать готов, милейший Леонид… тьфу, черт! Алексей Воинович. Вновь вынужден извиниться за все прошлые подтрунивания и ругань в адрес вашей службы. Как вы их, однако! Я только что от губернатора, тайгу возле Аннинска прочесывают активнейше, и по окрестным деревням разослали стражников.
– С целью?
– Буторина моего помните?
– Конечно.
– А помните, сына женит? Так вот, из церкви они вернутся в самом скором времени, и вы, милейший ротмистр, тоже званы на свадебку. Никаких отговорок не принимаю-с! Нужно будет, сам губернатор велит освободить вас от жандармских дел.
– А почему бы и не поехать? – вслух подумал Бестужев. Сердце при упоминании о Тане сладко ворохнулось.
– Вот то-то! Раз вы тут ищете часики посреди пуха – значит, и нет никаких срочных дел? Что нужно почистить – вызовем лакея, – он потянулся к звонку. – Одевайтесь, Алексей Воинович, посидите с нами, простыми людишками, развеетесь, а то у вас личико весьма осунувшееся, хлебнули лиха…
Глава четвертая
Как играются свадьбы в Шантарске
Огромный кусок зажаренного до хрусткой коричневой корочки гуся опустился к нему на тарелку, где и без того не было никакого оперативного простора, выражаясь военными терминами.
"– Вы уж не обессудьте, господин ротмистр, – умоляюще протянул буторинский младший брат. – Не каждый день случается, почетные гости-с обязаны быть окружены заботою…
Почти точная копия пузатенького и бесхитростного Иннокентия Афиногеновича, он уже изрядно наклюкался, но пока что сохранял вертикальное положение и членораздельную речь.
– Милейший Андрей Афиногенович, я ведь этак и помереть могу невзначай… – беспомощно сказал Бестужев.
– А это ничего, это бывает, – обнадежил младший Буторин. – Не так чтобы очень часто, однако ж выпадает.
