Внутри урчит гневная буря: страх за старшего сына смешался с незамедлительной надеждой в успехе. Глаза Юрия и моих взглядов — как два клинка, тесно переплетающихся и выстреливающих искры ярости и горечи. Этот тонкий баланс эмоций заставляет дрожать всем телом, словно в удушливом парке надвигается гроза....
Он пытается подняться, но у него не хватает сил. Обессиленно рухнув обратно на кресло, он говорит:
— Не смей говорить со мной в подобном тоне, Юра, — голос князя дрожит от гнева.
— А я смею! Что ты сделаешь⁈ Изгонишь меня, уволишь из Династии, что⁈
— Остановись, — почти цедит дедушка.
Виталий бросается к Юрию и хватает за плечи.
— Юрий, брат! Это наш отец. Приди в себя.
— Я должен прийти в себя⁈ Он не в своём уме! Он прямо сейчас смешивает наше имя с грязью!
— Это временно. Только временно.
Понизив голос, Виталий что-то шепчет брату на ухо. Тот мотает головой, рыча сквозь зубы. А потом отталкивает Виталия и быстрым шагом идёт к выходу.
— Я этого не приму! — орёт он на ходу. — Все слышали⁈ Я не принимаю бастарда и его мать, как членов рода. Я не принимаю его, как наследника. Если этот ублюдок станет князем — я объявлю войну.
— Юра! — восклицает Алексей. — Не бросайся такими фразами!
— Я не шучу. Если он станет князем — я устрою войну внутри рода.
Остановившись у двери, Юрий вонзает в меня взгляд. Я медленно киваю в ответ.
— Услышал, дядя.
— Молодец!
— Только не подумайте, будто я так просто позволю себя убить. Если понадобится — будем воевать.
— Замолчите оба! — приказывает Григорий.
Юрий вылетает из комнаты, хлопнув дверью так, что стены дрожат. Татьяна, смахивая слёзы, поднимается и кланяется князю:
— Простите, ваше сиятельство. Вы же понимаете, он не всерьёз. Он просто рассержен.
— Так иди и успокой его, — сухо отвечает Григорий.
Ещё раз поклонившись, Татьяна бежит следом за мужем.
Мама берёт меня за руку и крепко сжимает. В её взгляде столько страха, что мне становится не по себе. Сжимаю её руку и одними губами произношу: «Всё хорошо».
Анна лишь мотает головой. Да уж. Вряд ли ей кажется, что всё хорошо.
— Как заметил Виталий, назначение Александра действительно временно, — говорит князь. — Может быть, я выберу другого наследника. А может быть, и нет.
— Да, ваше сиятельство, — тихо отвечает Макс.
Он всё время простоял в глубине комнаты, и я почти его не замечал. Выглядит Максим не менее напуганным, чем моя мать.
Григорий обводит членов семьи взглядом и говорит:"
"— Образумьтесь. Перестаньте строить друг другу козни.
