Внутри урчит гневная буря: страх за старшего сына смешался с незамедлительной надеждой в успехе. Глаза Юрия и моих взглядов — как два клинка, тесно переплетающихся и выстреливающих искры ярости и горечи. Этот тонкий баланс эмоций заставляет дрожать всем телом, словно в удушливом парке надвигается гроза....
Но вы для меня никто. Смотрите.
Я поворачиваю к Леониду свой телефон. Там на экране — фотография, где вооружённые до зубов мои гвардейцы и сотрудники Вольги позируют на фоне нашей базы.
— Мне достаточно отдать приказ, и через четыре часа все эти люди будут здесь. За это время дворянская палата как раз одобрит моё право объявить войну.
— Н-но уже почти ночь… — блеет Леонид Петрович.
— В Москве-то ещё вечер. Уж поверьте, у меня есть знакомые, которые легко протащат это дело. К тому же по закону у меня есть право нанести превентивный удар, поскольку вы первым совершили против меня враждебные действия.
— Я ничего не совершал!
— Знаете, у меня нет настроения препираться, — говорю я и убираю телефон. — Слушайте, как будет. Вы расскажете мне всё, что я хочу знать. Если откажетесь — я объявлю войну. Вы станете моим пленником, а ваши люди умрут. Мы подождём до утра. Когда прилетит моя гвардия, она оккупирует ваш дом и прочее имущество. После этого мы поедем к вашим партнёрам и я заставлю вас рассказать о махинации.
Я лишь немного блефую. Я действительно готов объявить войну, хоть и не хочу этого. Потому что если сделаю всё так, как сейчас сказал — придётся признать, что Цитата действительно обманула покупателей своих активов. Да, лично я ни при чём, виноват Булатов. Но репутация фирмы будет раз и навсегда опорочена, а у меня другие планы.
Так что я надеюсь запугать Леонида и замять это дело. Пока что информация об афере есть лишь на уровне неподтверждённых заявлений. Можно легко сделать так, будто ничего и не было.
— Вы не можете так поступить, — цедит Леонид. — Это бесчестно, в конце концов!
— Я так не считаю. К тому же я изгой, все и так думают, что у меня нет чести. Поэтому мне плевать, я готов идти до конца. У вас минута.
— На что? — ещё сильнее бледнеет мужчина.
— На решение.
"— Так точно.
Я спокойно откидываюсь на столе и открываю ленту Цифрового Царства. Делаю глоток апельсинового сока и жду.
Леониду требуется тридцать секунд, чтобы принять решение. Вздохнув, он произносит:
— Хорошо. Спрашивайте, что хотите узнать.
