Внутри урчит гневная буря: страх за старшего сына смешался с незамедлительной надеждой в успехе. Глаза Юрия и моих взглядов — как два клинка, тесно переплетающихся и выстреливающих искры ярости и горечи. Этот тонкий баланс эмоций заставляет дрожать всем телом, словно в удушливом парке надвигается гроза....
— Мы можем сделать ещё больше, — многозначительно отвечает Алексей.
Поклонившись, хирург уходит, как-то с опаской глянув на меня. Ещё бы, несколько минут назад я из пистолета целился человеку в лицо.
Что ж, пожалуй, на этом всё. Будем надеяться, что мой терапевт и люди Алексея среди династийцев не позволят, чтобы князю причинили вред. Можно покинуть, наконец, больницу.
— Что это за оборванцы рядом с тобой, бастард? Решил натравить на меня парочку головорезов? — осведомляется мой старший дядя.
— Нет. Это на случай, если вы натравите головорезов на меня, — отвечаю я и коротко кланяюсь.
Юрий отворачивается. Виталий и Татьяна молча кивают, Алексей снова подмигивает и говорит:
— До встречи, Александр.
Мы с мамой отправляемся домой. Один из охранников садится за руль маминого Эльбруса, второй едет следом на своей машине. Они остаются дежурить возле подъезда. В квартире у нас есть тревожная кнопка, а на этаже Виктор поставил камеру ещё несколько дней назад, когда начал заниматься нашей безопасностью.
Мама выпивает успокоительное и сразу отправляется спать. Меня тоже беспощадно клонит в сон, однако ещё пару часов я уделяю делам. Дополняю информацию на сайте Оруженосца, отвечаю на заявки. Созваниваюсь с Фаридой, управляющей маминого бутика, и составляю план на ближайшие дни.
Предстоит просто уйма работы. Теперь придётся ещё сложнее, чем прежде. Если до этого я почти что развлекался, наслаждаясь стоящими передо мной задачами, то теперь какое-то время придётся работать на износ.
Несмотря на то что время близится к полуночи, ставлю будильник на шесть утра. Некогда долго спать. У моих противников есть куча людей, которые могут работать круглосуточно. А у меня пока что почти никого.
К тому же меня не покидает предчувствие, что завтрашний день в любом случае начнётся рано.
Предчувствие не обманывает. Едва я успеваю сделать зарядку и заварить себе кофе, раздаётся звонок телефона.
Это Ольга.
— Привет, — отвечаю. — Почему так рано?
— А ты не видишь письмо?
— Какое письмо?
— От Белозерской.
Смотрю на экран телефона, но не вижу никаких уведомлений.
— Мне ничего не пришло.
— Может быть, она сознательно ничего тебе не отправила и хочет сделать это в последнюю секунду. Ладно, слушай! — восклицает Ольга. — Графиня созывает срочное собрание. Тема — сокращение совета акционеров.
— Вот как. Значит, её сиятельство пошла в наступление, — усмехаюсь я. — Ну, хорошо.
