Главный герой становится изгоем в могущественной династии Грозиных из-за одной лжи. Ему предстоит доказать свою невиновность, пережить внутридинастические конфликты и противостояние акционеров. В борьбе за истину герой обретает новых врагов и союзников, каждый из которых способен изменить...
— И как это поможет?
— Юрий пытается продавить идею, что ты недееспособен. Докажи, что это не так, и у него не останется шансов.
— Хорошо, — князь кивает. — Только освободи меня от всех этих трубок, и… Давай-ка, снимай пиджак и рубашку. Я должен выглядеть подобающе.
— Не проблема, — Алексей откладывает телефон и с улыбкой скидывает пиджак. — Заодно покажешь мне свой шрам.
— Ничего приятного там нет, — морщится Григорий.
— Всё равно хочу посмотреть. Помнишь, как в детстве ты хвалился своим шрамом на запястье после того, как упал с дерева?
— Помню, — бурчит князь. — Поверь, шрамом от шунтирования я хвалится не буду.
Алексей усмехается, а затем становится серьёзным.
— Что будешь делать? — спрашивает он. — После эфира?
— Позвоню всем Грозиным, — решительно говорит Григорий. — Нам предстоит новое семейное собрание, немедленно. И на этот раз я доведу его до конца.
Глава 13
— Ты сделал свой выбор. Теперь пеняй на себя.
Произнеся эту фразу, Юрий встаёт и отходит к окну. Смотрит на золотые часы и достаёт из кармана телефон.
— Ну что там? — говорит он в трубку и несколько секунд выслушивает ответ собеседника. — В смысле⁈ Бл**ь.
Через плечо бросает на меня очередной ненавидящий взгляд и продолжает разговор.
— Ладно, хорош оправдываться. Узнай, где он живёт. Задание всё ещё в силе.
После этого он сбрасывает звонок и тяжело вздыхает.
— Уж не Аркадия ли Тимуровича вы хотите найти? — спрашиваю я.
Юрий снова смотрит на меня через плечо и криво усмехается.
— А ты неплох, бастард. Совсем неплох. Мне это нравится, и знаешь почему?
— Догадываюсь.
— Когда жертва сопротивляется, борьба становится интересной.
— Да, так и я думал, — сухо отвечаю. — Спасибо за откровенность, дядя. Я рад, что мы поговорили.
— Запомни этот день. Это был первый и последний раз, когда я разговаривал с тобой так долго.
— Ну зачем вы так. Мало ли что случится дальше. Если нам придётся снова долго разговаривать, вы будете чувствовать себя неловко.
— Я никогда не чувствую себя неловко, — отмахивается Юрий и снова кому-то звонит.
«Никогда не говори никогда», — думаю про себя и тоже достаю телефон.
Судя по всему, Аркадий Тимурович сумел уйти. Но лучше убедиться, что всё в порядке. А ещё было бы неплохо послать к нему Виктора.
Выхожу в коридор и звоню терапевту. Тот отвечает почти сразу:
— Александр! Что происходит, вы можете мне объяснить⁈
— Могу. Только сначала скажите где вы и кто с вами.
— Меня везут куда-то в безопасное место. Имперские солдаты, — врач шумно сглатывает.
