В глубинах неведомых систем, где смерть влечет за собой приговор, мир живых существ оборван по плану Директивы: Выжить! Здесь каждое движение подчинено этой директиве. Организмы развивались хаотично миллиарды лет, создавая из себя невероятные и часто нелепые конструкции — от бактерий до джедай-чаннеллеров. Но даже среди этого разнообразия прорезалась одна цель: выжить и подчиниться бескомпромиссной Директивы....
В то же время орудия двух других бригов ожили, и, захватив цели, обрушили в их направлении град из разрывных снарядов малого калибра, время подрыва которых настраивалось вручную при выстреле.
Эффективность такого боеприпаса была крайне мала, если его использовали как обычную болванку, которой требовалось попасть в цель, но при наличии автоматики или опытного наводчика разрывные снаряды превращались в настоящий бич для любых МЛА. Пилот мог избежать прямого попадания. но один из полусотни близких разрывов неумолимо повреждал машину, чаще не уничтожая её, но приводя в негодность.
Но сейчас, по прошествии нескольких тысяч лет с момента распространения по галактике конкретно этого вида оружия, его эффективность против совершенных машин андайрианского консорциума оставляла желать лучшего.
— Хирако, эта ублюдочная свинья нас кинула!
— Вижу. Придётся сдаваться — старателей же синекожие пощадили, чем мы хуже? Купим свои жизни, предложив им кредиты… — Прямая линия связи между “Удачей” и её кораблём-близнецом “Удачей-II” была активна всегда, когда это было возможно, так как капитаны этих судов и сами являлись близнецами.
— После попытки бегства нас могут просто пристрелить, брат. И договариваться будут с заместителями.
— А так нас точно превратят в неаппетитное облако плазмы, брат. Я не вижу других выходов, а погибать в бою, отстреливаясь до последнего без единого шанса на победу… — Мужчина покачал головой.
В то же время угловатый силуэт перехватчика якобы лёг на курс атаки, дождавшись, пока обе орудийных башни одного из бригов поймают его на прицел, а после ушёл в сторону, начав по большой дуге огибать вражеский корабль. Москит не только стремительно набирал скорость, форсируя двигательные установки, но и рвал траекторию своего движения, демонстрируя превосходство машинного разума над органическим.
