В дали раскинулась бескрайняя степь — самое подходящее место для загадочного откровения о тайнах бытия. Боли в теле не мешают осмысливать происходящее, и все больше становится ясно, что обычное превращается в редкое чудо.
Скажем так, небольшая совмещенная артиллерийско-стрелковая школа.
После отдачи всех приказов мы с довольным Митрофаном Авдеевичем, ему нравилась деловая суета вокруг, направились изучать крепость и хозяйственные постройки, оставив напоследок боярский дом.
Усадьба мне понравилась, было видно, что о ней заботились, и она не успела обветшать. Выйдя из небольшого добротного сарая, мы пропустили мимо двух отроков-пушкарей, вкатывающих туда бочонок пороха. Этот сарай Синицын совместно с Волошиным выбрали под пороховой склад.
— Состояние построек, а также казармы для воинов вполне хорошие. Видно, что вы о них заботились, — сказал я, задумчиво наблюдая, как на самодельных талях поднимали пушку на одну из стен. Это была вторая, первая уже примостилась на одной из площадок.
— Тяжело было, большую часть челяди пришлось распустить по домам. Платить было нечем, весь оброк забирал ярыга, даже на еду оставлял мало.
— Он точно был от Красновских? — спросил я, у меня было твердое убеждение, что все тут не так просто.
— У него была бумага, читать я еще не разучился. Почерк боярыни узнаю, — пожал плечами управляющий.
— Не скажи, — не согласился я. — Перехватить гонца и действовать под его видом много ума не надо. Думаю, боярыня, отправив несколько верных человек и не дождавшись их возвращения, просто махнула на вас рукой. Скорее всего. Просто у нее не осталось больше людей. Все-таки до Новгорода почти сорок верст, да все лесом. Так просто не проедешь, если тебя ждут.
— Не знаю, боярин. Ничего сказать не смогу.
У ворот мелькнул кафтан Михайлова, выбрав себе коней, он с единственным пока подчиненным покинул усадьбу. Пора заканчивать с той неразберихой, что творилась в окрестных землях, и, обеспечив себе тылы, двинуться на Новгород.
— Ну что у нас, только боярский дом остался? — спросил я Митрофана.
— Да, боярин. Там уже и праздничный стол накрыли. Не чаяли еще кого из господ увидеть, так что не побрезгуйте.
— Хорошо, только моих офицеров пригласим, и можно пообедать, тем более время уже подходит.
— Еще большой подвал есть, боярин…
— Это хорошо. Ну, пошли.
В дверях нас встретила дородная женщина преклонных лет, в которой я безошибочно признал кухарку."
"— Господь услышал наши молитвы, — прижав руки к груди запричитала она, но после того как у меня над ухом рявкнул Митрофан Авдеевич, низко кланяясь отошла в сторону. — Здрав будь, боярин… ой, как мы рады!..
Дом был хороший.
