В дали раскинулась бескрайняя степь — самое подходящее место для загадочного откровения о тайнах бытия. Боли в теле не мешают осмысливать происходящее, и все больше становится ясно, что обычное превращается в редкое чудо.
Заметив, что те воины, что уцелели после залпа пришли в себя и с криками рванули кто к нам, а кто на противоположную сторону, то, вскинув оба пистолета, крикнул стоявшим на опушке стрелкам:
— А-агонь!
Залп был ошеломляющим для противника. В каждом ружье было до пятнадцати свинцовых картечин, которые проредили два десятка воинов, рванувших к нам. Шестнадцать человек упали, обливаясь кровью, но шестеро продолжали бежать.
Сам я не стрелял, ожидая результата залпа стрелков, молодцы, что успели распределить сектора для стрельбы, чтобы не палить вместе в одну точку.
Шестеро противников, практически мгновенно преодолели сорок разделяющих нас метров, нарвавшись на два моих выстрела.
Одну пулю получил кряжистый воин с булавой вместо меча, к моему удивлению, после того как пуля фактически разорвала ему горло, он продолжал бежать на меня, размахивая оружием. Второй, получив пулю в плечо, крутнулся волчком и упал на окровавленную траву, крича от боли.
В это же время, когда я уходил в сторону от кряжистого, роняя пистолеты на траву и выхватывая сабли, прозвучали пистолетные выстрелы пушкарей.
— Тьфу ты. Даже подраться не получилось, — недовольно проворчал я, кроме подранка до меня не добежал никто, да и этот сразу же свалился, когда я пропустил его мимо. Да я ему еще дал пинка для ускорения.
— Заряжай! — крикнул Синицын, выводя мальчишек из ступора. Они, конечно, уже были в своем первом бою, когда мы отбивали боярскую ладью, но все равно бойня вокруг их немного отупила.
— Оставайтесь тут, трое стрелков за мной! — крикнул я и, подхватив пистолеты, быстрым шагом направился к дому лесника. Но вспомнив, что оружие разряжено, остановился и стал перезаряжать оружие. Стрелки делали то же самое.
Стрельба на противоположной стороне то стихала, то продолжалась. Были слышны звон мечей и крики раненых. Это не показывало, что мы уже победили, но мы очень близки к этому.
По моим прикидкам, татей осталось не меньше двадцати. Сорок мы положили на поляне, еще с десяток лежали у противоположной опушки, так что где-то оставались еще противники.
Удобное расположение дома и амбара позволило свободно нам находиться друг напротив друга и стрелять в татей, не боясь поразить своих.
— Хватаем! — крикнул я, подбегая к домику лесника, подхватывая сразу две пищали. Это, кстати, они и оказались.
