Мог бы своей пастью и шею перекусить, горло порвать, а он вроде бы убивать человека не хотел, резвился с ним, как кот с мышью, потом швырнул его, словно тряпку, и, прихрамывая, убежал. Впрочем, там лес густой, так Кухналёв толком не видел, как исчез йети, да и сознание отрубилось. Очнулся, когда в машине везли.
Зарубин, слушая его, почти уверился, что это бред воспалённого сознания, разогретого выпивкой. У полковника могли быть галлюцинации, сон разума, больные фантазии... Если бы не зубы человекоподобного существа на предплечьях!
И тут Недоеденный задал вопрос, который помог бы выяснить, что недоговаривает потерпевший полковник:
— А кто тебя, Родионыч, йодом измазал?
— Йодом? — переспросил тот и надолго умолк.
— Ну да, почти все раны обработаны.
— Помню, мне ещё и укол поставили, — как-то исступлённо признался он. — Внутримышечно...
— Кто? Йети?
— Если бы!.. Какой-то худой носатый мужик. На ворону похож.
— Без штанов? — спросил Зарубин.
— Нет, в штанах... Но это тоже как во сне!
— Беглый подельник Боруты! — догадался Недоеденный. — А он откуда там взялся? И ещё с аптекой? Ты как их называешь?
— Криптозоологи, — напомнил Зарубин
Ветеран службы безопасности напряг свой оперативный опыт.
— Сложилось впечатление... Мужик наблюдал за происходящим, всё видел. Потому что сказал, дескать, легко отделались. Он с вами только порезвился.
— Родионыч, а ты титек у него не заметил? — встрепенулся Костыль. — Самка была или самец?
— У кого? — тупо спросил Кухналёв. — У мужика?
— Да нет! У лешего.
— Он же меня задом наперёд нёс!
— А когда стояли лицом к лицу? На берёзе?
— Не заметил... Ниже подбородка не смотрел.
— Я заметил, — будто бы похвастался Недоеденный. — Титьки, я вам скажу — во! Там есть за что подержаться. И голые, даже соски вроде обсосаны...
Невесёлый Костыль подогревал себя юмором, но стареющему полковнику это было неинтересно.
— А что думает товарищ учёный? — с сарказмом спросил он. — Или учёные у нас не думают?
Зарубин в это время как раз и подумал, что у полковника был приступ белой горячки, но озвучить свои тайные мысли — значило поднять скандал, который ничем не закончится.
— Накануне в том же районе я видел Деда Мороза, — сообщил он запасную версию. — Полагаю, напал на вас этот артист. Надо устроить облаву и на время изолировать.
И по лицам собеседников понял, что его вывод решительно не принимается.
— Один раз уже изолировали, — скептически произнёс Недоеденный. — Проверено, это не он.
— Во мне сто десять кило, парень! — возмутился полковник. — А эта зверюга несла меня, как этого!.. В общем, как барана...
Зарубин лишь ухмыльнулся.
— Артист — психически больной человек, — однако же серьёзно сказал он. — Возможно состояние аффекта...
— А зубы! — взвился Кухналёв.