В глубине Дива — мир без опасности и тревог, где каждый день таит неизведанный сюрприз в чистых просторах осени. Яблоки напоминают о старой дружбе, груши — о нежных объятиях вечности. Но умиротворяющая спокойная атмосфера скрывает тайны, готовые нарушить покой при малейшем недостатке внимания....
Тогда Драконя спрашивает:
— Кто возьмёт подкидыша на воспитание? Поднять руку!
Колхоз-то тогда ещё был в самом соку, жизнь вольготная, у всех ребятишек дополна, ростить, учить, одевать-обувать надо.
Никто руки не поднял, и тогда председатель говорит:
— Раз никто не хочет, я возьму девку.
И взял себе. А повитуха на собрании промолчала, но потом от неё слух пошёл, дескать, подкидыш-то вылитый Драконя-старший, но кто мать, неизвестно. Скорее всего, лесная дива, почему ребёночек-то и лежал не в пелёнках — в корзине на моховой подстилке.
"По своему задорному характеру так запросто мог с какой-нибудь дивой перекликнуться и склонить ко греховному прелюбодеянию.
Тут уже попутчик не выдержал.
— А будто наши бабы с дивами не спали! — выругался он. — Будто в подоле не приносили? В лес по грибы они ходят! Да вас и склонять-то не надо лешему. Вам только поздоровей мужиков подавай — сами подвернёте! Ты меру-то знай! Сколь девок вокруг Деда Мороза хвостами вертели? Снегурочки, мать их!.
— Ну-ка приведи пример! — взъелась жена. — Кто от дива забрюхател?
— Сапронькина девка, Варвара. Всё в лес бегала...
— Она от геолога понесла! У них любовь была с этим, который скважины бурит.
— Вот он и пробурил Варваре скважину! Пацана мохнатого родила!
— Дак буровик этот армян был!..
Попутчик замахнулся, будто по заднице хотел шлёпнуть супругу, но лишь махнул рукой, а та поняла и понравилась:
— В общем, вырастил найденную девку. И замуж за сына отдал, за Алфея.
— Ага, и ломила за троих! — встрял муж. — Своей скотины несколько голов держала.
