В глубине Дива — мир без опасности и тревог, где каждый день таит неизведанный сюрприз в чистых просторах осени. Яблоки напоминают о старой дружбе, груши — о нежных объятиях вечности. Но умиротворяющая спокойная атмосфера скрывает тайны, готовые нарушить покой при малейшем недостатке внимания....
А ты одной коровёнки не завела...
Тётка пропустила реплику мимо ушей, ибо выдала самое главное:
— Вдова и приманила губернатора! Напустила на него чары, присушила, вот он теперь и ездит.
— Сама подумай, — попытался урезонить супруг. — На что губернатору деревенская баба, когда городских кралей хватает? Даже столичные к нему ездят. Вон принцессу король везёт! Думаешь, зря? У меня подозрение, просватать хочет за нашего губера.
— Говорят, ведьма она, — заявила та. — Потому и в принцессах засиделась, не берёт никто.
— Да кто тебе сказал? Ей ведь не просто замуж выйти! Нужен принц соответствующий.
У тётки была своя логика.
— Губернатор мужчина свободный, вдобавок лысый, но не принц. Он же раньше секретарём райкома был в Череповце! Такой партийный был, верный ленинец!
— По должности он как князь нынче!
— Я не про положение, — философски рассудила попутчица. — Про его убеждения. Идеология не позволит жениться на принцессе.
— Кто её нынче придерживается?
— Такого нелегко очаровать даже ведьме! Сдаётся, он тайный коммунист, то есть оборотень.
— У тебя все ведьмы. Когда губернатор глаз положил на Диву Никитичну, ты тоже говорила!
— И сейчас скажу: ведьма она! А губер — оборотень. И принцесса — оборотень. Приглядишься — на волчицу смахивает, рожица вытянутая.
— Где ты её видала?
— По телеку показывали! Кругом нечистая сила! А Дива твоя и вовсе...
Бывший егерь застонал от возмущения.
— Одна ты чистая!.. Дива Никитична просто красивая женщина! Ею мужики любуются. Приезжие так и вовсе глаз оторвать не могут.
— И не только приезжих! — ревниво произнесла тётка. — Туземцы тоже хороши! Всех приворотным средством опоила — и тебя, и губера. Да и Костыль ходит облизывается...
— Наслушалась сплетен и всё перепутала, — сокрушённо сказал попутчик. — Приворожила она не губернатора! И не меня. А этого московского начальника. Охотничьего генерала! Фамилию забыл... Ну как его? В мундире ещё ездил?
— Хвехвелов хвамилие! — отчеканила супруга.
Зарубин чуть не подпрыгнул при упоминании Фефелова: в прошлом году тот был здесь на охоте по приглашению Костыля и хотя вернулся с трофеем, но озабоченный. Генеральный ехал на новую должность в Москву, как и положено чиновникам, оставив свою прежнюю жену, то есть холостой и свободный для нового, столичного брака. Возраст подходящий, к полтиннику, седина в бороду бьёт, страсти в голову.
