Автор
В Верхнетобольске под шум телевизора налита бутылка водки, где каждый найдет свое удовольствие — от украденной пирожковой до забавного шуточного пристанцевания. Но случай с Диверсант № 1 – это что-то особенное: история неизвестных подружек и их необычной вечеринки, запомнившейся всеми участниками так глубоко, что память о ней восьмидесятилетиями не исчезнет....
И опять смотрела в глаза так… Я давно уже знаю, когда обманывает, умышленно прямо смотрит. Не так прямо, как обычно. Более долго…
– Обладателей номеров она выяснила? – вступил в разговор Леонов.
– Выяснила. Номера из других кабинетов. Один с их этажа, другой из кабинета этажом ниже. Там сидят только мужчины. Значит, кабинет был открыт, кто-то зашел и позвонил. Все просто. Если человек в редакции, он кабинет никогда не закрывает. Выйдет покурить, или в секретариат, или просто к соседям поболтать зайдет. Любой может воспользоваться.
– Понятно. Незаметно, но кто-то свое дело делал. Вы не пытались узнать, предвиделось ли в отделе сокращение штатов в самом деле или это выдумка Алины Шагалеевны?
– Нет, не пытался. Мысль такая была, но я не пытался. Я… Как это объяснить… Я боялся показаться смешным. Когда начинаешь расспрашивать, невольно вызываешь дополнительные подозрения. Люди тоже желают узнать и обсудить. Не хочу быть со своей бедой у всех на языках.
Басаргин сейчас очень сочувствовал этому молодому и не глупому, несомненно, образованному человеку.
– И последний звонок, – напомнил Леонов. – Расскажи подробнее.
– Тут и подробностей никаких нет. Я сразу все сказал. Был на дежурстве. За компьютером сидел. Марат Аттилович позвонил. Это двоюродный брат Алины. Сказал, что видел ее только что с каким-то парнем. Из машины видел, когда мимо проезжал. Идут по улице, смеются… Просто так сказал. Без всякого умысла. Пошутил даже: смотри, дескать, парень симпатичный, уведет.
