Грозный эшелон остановился вдалеке от засады. Вместо него прибыл мотовоз, переоборудованный немцами как броневагон с пламенными установками. Капитан Журавлев и Николай Мальцев лежали рядом, Журавлев положил руку на ствол "Дегтярева", словно призывая товарища к бою.
Ремонтник Родион Астахов погиб, когда уже подбегали к перелеску. Патруль обстрелял остатки группы на бегу и добил бы остальных. Сержант Мальцев открыл ответный огонь, унтер-офицер упал, а двое других патрульных не рискнули лезть под огонь русского автомата «ППШ».
Мальцев и Паша Шестаков брели по снегу через лес. Бежать уже сил не хватало. Возможно, их преследовали, но сгустились сумерки, позади горели остатки эшелона, застрявшего на мосту, взрывались снаряды на зенитной платформе, зажатой в мешанине обломков.
Сержант снял бушлат, и Паша Шестаков помог перевязать ему простреленную руку.
– Сможешь идти, Николай? – спросил мальчишка.
– Идем, – поторопил его сержант Мальцев. – Нам всю ночь шагать, если живыми хотим выбраться.
– А мост все горит, – спустя какое-то время сказал Паша.
Мальцев шел молча. Он притерпелся к боли в руке и шагал размеренно, зная, что идти еще далеко и надо экономить силы."
