Грозный эшелон остановился вдалеке от засады. Вместо него прибыл мотовоз, переоборудованный немцами как броневагон с пламенными установками. Капитан Журавлев и Николай Мальцев лежали рядом, Журавлев положил руку на ствол "Дегтярева", словно призывая товарища к бою.
Извилистая река пересекала Брянскую область и, пройдя путь в несколько сот километров, впадала в Днепр.
Мост, который имело в виду командование, находился возле поселка Витемля ближе к истоку Десны и представлял собой значимый объект. Уничтожение его перерезало путь на Гомель, Брянск и существенно затрудняло бы доставку немецких войск к фронту.
Об уничтожении моста речи пока не шло. Требовалась основательная подготовка, большой запас взрывчатки, а особенно – вся информация. Журавлев хотел немедленно вызвать Федора Кондратьева, но раздумал.
Не надо пока дергать людей. Старший лейтенант удачно организовал подрыв эшелона, готовился к новому выходу на «железку». Виктор Авдеев занимается Шамраем.
Глава 7
Охота на Удава
Начальник районной полиции Тимофей Игнатьевич Шамраев, получивший прозвище Удав, быстро продвигался по службе. Для этого у него имелись все необходимые качества. Расчетливый крестьянский ум, опыт, приобретенный в Первой мировой и на Гражданской войнах, ненависть к советской власти, деловая хватка и редкая даже для полицаев жестокость.
Следует отметить, жестокость взращивалась в нем многие годы и получила резкий толчок во время коллективизации. Крепкий хозяин и отец четверых детей не хотел вступать в колхоз. Когда его прижали, Тимофей согласился, но продал перед этим двух своих лошадей и лучшую корову в хозяйстве.
– Пропадет животина в ихнем бардаке, – смахивая слезу, прощался Шамрай с конями, которые тревожно ржали и рвались к нему, когда их уводил новый владелец.
Такого проступка крепкому середняку Шамраеву не простили. Его немедленно объявили кулаком, то бишь злейшим врагом трудового крестьянства. Семью раскулачили и отправили в ссылку на перевоспитание под город Салехард за шестьдесят пятую параллель.
Здесь Тимофей со старшим сыном работали на лесоповале и пытались снова сколотить хозяйство. Жили в землянке, выкопанной собственными руками. В первую полярную зиму умерла от простуды и сырости младшая дочь.
Тимофей, недолго раздумывая, сговорился с бригадиром.
Незаконно привезенный лес заметили те, кому было положено следить за ссыльными. Спасибо бригадиру – не проболтался, иначе получили бы Шамрай и старший сын лет по десять лагерей."
"Но и полгода следствия в местной тюрьме обошлись дорого. Сын сцепился с уголовниками и был убит ударом заточки в живот.
